В логове коронавируса

Накрыли «стол» – разложили клеёнку, по бокам от неё расстелили спальники. Выложили нехитрый рыбацкий перекус: хлеб, солёное сало, блестящие кирпичики плавленого сырка «Дружба», консервы: баклажанную икру и неизбежные бычки в томате. Зелёный снопик подвядшего за день лука обречённо поглядывал в полиэтиленовую крышку, превращённую в солонку. В те годы у братьев ещё не было ни машин, ни дач, зелень была представлена скудно.

– Хоть натюрморт рисуй, – весело сказал Сергей, довершая незатейливый рыбацкий харч зелёной бутылкой «Отборной» и банкой горбуши в собственном соку, и откинулся на свой спальник, блаженно расслабил спину и ноги, уставшие от долгого сидения в лодке.

Олег критически осмотрел поле первого отпускного ужина, сходил к лодкам, принёс две надувные подушки, одну подоткнул под голову брату. «Вот, ведь, „бабушка-забота“, – благодарно подумал Сергей. – Это у него от мамы. Она обычно сначала о ближнем подумает, потом о себе».

– Я сражён наповал. Это откуда же взялась в пище аскетов деликатесная горбуша? – Олег хитро улыбался, – нам, что, приелись бычки в томате?

– От семьи оторвал.

Привёз из московской командировки, в ГУМе отоварился, ну и заначил по случаю отпуска.

– Валька вздует тебя за расточительство.

– Ну её в солому, эту Вальку, не поминай имя сие.

Вечер приятно бодрил новизною воли вольной и требовал фокусов. Сергей выразительно протянул старшему брату стеклянную банку баклажанной икры. Олег понимающе усмехнулся и одними большими пальцами отогнул добросовестно закатанную заводским автоматом металлическую крышку, которую и консервным ключом стащить-то с ребристого стеклянного ободка получалось не с первого раза.

Это был его фирменный трюк: одними пальцами вскрыть плотно закатанную крышку, и Сергей не знал никого, кто мог бы повторить такое.

Он едва ли не обожал брата, его силу, могутную фигуру, его доброту и безотказность. Это он пристрастил младшего к рассветным рыбацким схваткам, когда между тобой и рыбой только узкая полоска зари, отражённая в матовой воде, и смутный прохладный воздух готов принять трепещущее на леске серебристое чешуйчатое тело.

Братья с детства любили рыбалку, но заводилой был старший. В своей жизни Олег ни разу не проспал зорьку. Серёга вставал, когда дым от костра уже дырявил утренний туманец. На клеёночке ждали, испускали парок две эмалированные кружки с густым свежим чаем.