В плену ослиной шкуры

Она даже не подумала о том, что Агнесс и я ей в бабушки годимся. Она просто испорченная и невоспитанная девушка. Отучилась на врача где-то в своей глубинке и пришла тут вся такая деловая. «Любите меня, я врач…»

– О чём ты говоришь? – презрительно усмехнулась Агнесс. – Какой она врач? Насколько мне известно, у нее за плечами всего год интернатуры по неврологии, а потом приехала сюда. С анестезиологией она ни разу до этого не соприкасалась. Пришла сюда абсолютно стерильная. Она даже не знала, с какой стороны подойти к наркозному аппарату.

Только наш Фридхоф и способен был с ней общаться. Она ведь совершенно ничего не знает. Оно и видно: в постсоветском пространстве медицина на подорожниках держится.

– Неужели всё настолько плохо? – подыгрывая им, Оливия продолжала расспросы. – Честно сказать, я еще ни разу не видела Таю, но уже столько о ней наслушалась… Если верить слухам, это девица очень сложного нрава.

– Не то слово! – снова всплеснула руками Гардулла. – Это тебе очень повезло, что не пришлось с ней столкнуться.

Она ни с кем не могла поладить. Только хвостом тут махала перед врачами. Сначала за шефом нашим гонялась, глазки перед ним опускала. Видимо, так пыталась завлечь. А потом и вовсе на его сына переключилась.

– Томас тот еще раздолбай, – с ухмылкой прыснула Агнесс. – Он тут за всеми медсёстрами ухлёстывал. А Тая сама перед ним чуть ли не стелиться начала. Вот он и клюнул. Как тут устоишь, когда девушка сама липнет?

– Одного не могу понять: как наш Фридхоф из-за нее свою жену бросил? – сказала Гардулла.

 – Видно ведь, что Тае только и нужно, чтобы устроиться поудобнее: выйти замуж за состоятельного мужчину и остаться в Цюрихе.

– Неужели вы думаете, что она ради этого сюда приехала? – натянув недоуменную мину, спросила Оливия. – Разве у человека не может быть другой цели?

– У человека может быть, – ответила Агнесс. – Но у Таи только деньги на уме. Она хитрая и коварная. Думаешь, этот скандал в нашей клинике просто так произошел?

– А что же на самом деле случилось? – спросила Оливия, как бы недоумевая.

Агнесс и Гардулла переглянулись. Гардулла выглянула за занавеску, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает.

– Тая своровала у нашего шефа дорогущие антикварные настольные часы, – полушёпотом заговорила Гардулла. – Судя по всему, эти часы были очень ему дороги, потому что, когда они пропали, шеф места себе не находил.