Под знаком OST. Книга 4

Статья о летчиках была его первой настоящей победой.

Когда отец положил газету со статьей на стол, показав большой палец сыну в знак одобрения, Жан задумался, а потом, выдержав паузу, задал один вопрос.

– Расскажи мне свою историю, отец. Я хотел тебя спросить: изменял ли ты моей маме в Германии?

– Я попал в Германию на работу в 1940-м в трудовой лагерь при KDF-вагене. Потом работал у бауэрши Якобс почти три года, а вот арестовало Гестапо меня в 1944-м, из-за ее сына Карла из гитлерюгенда, освободив лишь в 1946-м.

Я вернулся в немецкую деревушку. Пытался разыскать свою знакомую Мусю Растопчину, остовку, однако фрау, у которой я работал, рассказала мне, что Муся уехала к себе в СССР, когда немецкую деревню освободили американские войска!

– А как ее звали? Баэршу?

– Ее звали фрау Якобс (через пауза) Я рад, что восстановил виноградники. Хорошее вино, ведь правда? Пришлю тебе ящик на окончание института. (махнул рукой) Найди Мусю!

– Хорошо!

Жан встал, оглянулся и увидел свою мать, которая вешала белье на заднем дворе.

Скрипнула калитка, он сел на велосипед и поехал к ближайшей железнодорожной станции. Его одинокая фигура в белой рубашке и брюках выделялась в желтом пшеничном поле.

На другое утро в квартире мадам Веры Франковской, русской эмигрантки, прозвенел будильник. Жан встал, зашел с утра в душ и, съев яйцо на завтрак, стал одеваться. Мадам Франковская проснулась в своей кровати, открыла занавеску, увидела Монмартр и вышла на кухню. Увидев Жана Мишо за столом, она махнула рукой, стажер газеты «Париж» изучал русский язык и платил ей за уроки.

Она пошла в ванну, когда в коридоре зазвонил телефон.

– Мадам Франковская, вам звонят.

Он подошел на цыпочках к телефону в коридоре, поднял трубку, она что-то прожурчала по-французски, он услышал короткие гудки. Франковская была у себя в спальне:

– Жан. Кто звонил?

– Спрашивали вас!

Он замолчал, подошел к двери, приоткрыл, посмотрел на Веру Франковскую. Мадам приводила себя в порядок, закалывая вверх свои волосы.

В ее руках был черепаховый гребень, и вскоре она создала некое подобие высокой аристократической прически.

– Жан, мон шери! Вы меня слышите? Я хотела поговорить с вами.

– Да… Иду варить нам кофе.

Жан варил кофе на кухне мадам Франковской. Через минуту он с двумя фарфоровыми чашечками, блюдцами и кофейником на серебряном подносе зашел в спальню.

– Мадам, вот ваш кофе. Я спешу в редакцию газеты «Париж». У меня встреча с месье Лебланом.