Чертополох. Репортаж из поднебесья

Я где-то читал, чтобы узнать человека, необходимо поставить его в экстремальное положение или напоить. Я вытащил вторую бутылку.

– Ну что, выпьем за уходящий год! Не так уж он и был плох, – мы вот с Олей поженились, – сказал Эдик, разливая водку по рюмкам и, взглянув на этикетку, восхищенно добавил:

– Ого! Московского разлива! А мы-то пьем Сарапульского!?

– Какая разница – нефтепровод-то один, – сказал я.

Хотя я и не был сторонником застолья, но пил наравне с Эдиком, но почему-то не пьянел.

Эдик, быстро захмелев, заиграл на баяне довольно-таки хорошую мелодию: «Ромашки спрятались, завяли лютики…». Играл неважно, спотыкался и фальшивил. Но сама песня говорила о безвозвратной любви.

Пели все, кроме Краюхина. Песня тронула мою душу. К горлу подкатил ком. Я весь сжался и стиснул зубы. Увидев изменения на моем лице, Евгения Петровна прекратила петь и остановила Эдика. Решили покурить.

Тихо падал снег. В окне напротив, мелькала разноцветными огнями елка. Было тихо.

И только изредка где-то далеко брехала собака на запоздалых прохожих. Деревенская тишина после городского шума кажется какой-то особенной. И поэтому, ради компании затягиваясь сигаретой, я с жадностью вслушивался в эту тишину.

– Хорошо!

– Вторая Швейцария, – ответил Эдик, усаживаясь на ступеньках крыльца, и выпустив дым, добавил, – когда я в первый раз приехал в Ключи, я обалдел от этой красоты. Ну и остался работать в отделе снабжения сельпо.

– Я, конечно, не бывал в Швейцарии, не знаю, – перебил я его.

 – Но если и там также как и здесь, в Ключах, то должно быть здорово.

– Так говорят! – сказал он.

– А почему ты пошел работать в ОРС? – спросил я.

– У меня было два варианта. Первое – идти шоферить в леспромхоз. Получать чуть больше и ничего не иметь. И второе – экспедитором. Получать меньше, но зато иметь, что душе угодно. Особенно теперь, когда трудновато с продуктами. И я, не задумываясь, выбрал второе! Потому что каждый на моем месте сделал бы так же.

– Не знаю, не знаю, – проговорил я, задумавшись о своем, меня мучил вопрос, почему Оля выбрала его.

Я вспомнил летний разговор с Олей. С реки несло прохладой. После знойного дня это особенно приятно. Лодку, в которой мы сидели с Олей, слегка раскачивало течением. Круглая луна украдкой подглядывала из-за зарослей тальника. Мы любовались звездами и дальними огоньками на той стороне реки. Там, даже ночью тянули нефтепровод.