Бабушка

Ксения слушала диалог с изумлением: голоса были незнакомые, а речь, видимо, шла о хоромах Якова. Странным казалось и то, что люди, попавшие в дом впервые, – а это были те самые незнакомцы, о которых она спрашивала у хозяина, больше некому – пытались проникнуть в кабинет старика, куда вход был открыт только избранным.

Спустя полчаса появился Яков:

– С народом проститься не желаешь?

– А что, уже расходятся?

– Устал я что-то от них… Второй день празднуем, хочется поговорить нормально, безо всех этих фиглей-миглей с понтами…

Яков хоть и был художником, но с коллегами общался дозированно.

– Неужто так быстро разойдутся?? – не поверила Ксения.

– Я им дал ключ от дачи, обещал завтра приехать. Там спиртное, жратва, природа…

– А не спалят?

– Не должны. Люди-то, в принципе, адекватные: выпьют немного, подурачатся, да и спать лягут. Рядом еще две дачи: на одной прекрасная вдова, на другой – холостяк-бизнесмен. Оба – веселые, хлебосольные и скучающие.

Так что наши туда впишутся мгновенно. Особенно Серафима: бизнесмен ее точно заинтересует.

– Бедный мужик! Ты что, на него зуб имеешь?

– С чего ты взяла? – удивился Яков. – У нас прекрасные отношения, просто Серафиму хочется пристроить. Да и оргии его с бабами надоели, а она мужика быстренько приструнит. И буду я ходить к ним в гости на оладушки: Серафима печет божественные оладушки!

– Яша, – спросила Ксения, – а ты выяснил, кто эту троицу привел?

– Сказали, что Серафима, но никто точно не знает, а с ней пошептаться не удалось.

Да с чего это вдруг ты так озаботилась? Люди, как люди, мало ли здесь всякого народа шастает!

– Они тоже поедут?

– Наверное.

Яков вздохнул, вытер лысеющий лоб:

– Если честно, мне они тоже как-то не очень… Что-то в них настораживает.

В прихожей раздались призывные вопли.

– Пойду, провожу.

И Яков скрылся за дверью.

Прощались долго, словно компания отправлялась в смертельную вылазку в тыл врага.

Потом все стихло.

– Ну, как? – спросила Ксения у художника, возникшего на пороге.

– Да чтоб я провалился, если к ним завтра поеду! Спать буду – сутки!

Раздался звонок в дверь. Ксения подпрыгнула.

– Э-э, подруга, – покачал головою Яков, – да у тебя нервы – как струны! Ох, уж эти мне беспредельщики в погонах: обязательно надо было среди ночи вломиться, чтобы о мертвых тетках рассказывать! Не терпелось им…

И, бурча, пошел открывать.