Жили-были… Грустные сказки, рассказанные на ночь

Давайте я вас до дому провожу, – не давая девушке вставить ни слова, от волнения затараторил Иван.

Девушка невольно засмеялась, и хрупкая стена смущения, которая было, возникла между ними, окончательно разрушилась.

– А я ведь даже не знаю, как вас зовут, – возобновил разговор Ваня.

– А я знаю, ваше имя, – вскинула поначалу голову Настя.– Я слышала, как вас звала матушка. Тогда давно, на Пасху у церкви, – вдруг смущенно залепетала она.

– Вы тоже запомнили этот день? Я часто вспоминал его.

И вас…. Вы были такая… милая… смешная, – улыбнулся Иван.

Девушка промолчала, но вдруг почувствовала, как сердце ее забилось часто-часто.

– Интересно, – думала она, – ведь я его совсем не знаю, а мне с ним так хорошо! Как будто мы знакомы давно-давно. И так хочется смеяться и танцевать, и кружиться.

– Догоняйте! – крикнула она и побежала вперед, чтобы хоть как-то справиться с волнением.

Юноша, смеясь, бросился за ней, на ходу зачерпывая руками снег и бросая наспех сделанный снежок в девушку. Так, хохоча и играючи, они добрались до Настиного дома. Это был большой высокий каменный дом, беленый, с резными коричневыми наличниками и ставнями.

– Ой! – вдруг вскрикнула Настя, – уходите скорее, а то братья увидят, заругают, – стремглав бросилась она к воротам.

Закрыв за собой калитку, Настя долго еще не могла унять свое сердце и убрать улыбку с лица.

Потом девушка еще несколько раз видела Ивана и даже разговаривала с ним, когда он вызывался проводить ее до дома. Юноша частенько, как будто бы случайно прохаживался недалеко то от Настиного дома, то от прогимназии на улице Подаруевской, где она училась.

На лето семья переезжала в деревню. Там тоже был просторный, только деревянный дом, который пах лесом. Насте нравились чисто выскобленные полы, разноцветные домотканые дорожки, белоснежные занавеси и расшитые полотенца, студеная вода в жбане.

И хотя девушка очень любила и этот дом, и лес, и речку Пышму, но в это раз ехать ей совсем не хотелось. Она ходила такая грустная, что мать забеспокоилась – не заболела ли дочка. И стала поторапливать домочадцев со сборами – Насте надо скорее на деревенский свежий воздух и парное молочко.