Сердце короля штормов

Умные тёмные глаза глядели скорбно и жалобно – покайся, мол, человек, я ведь самый голодный пёсик в мире!

– Ты просочился в мой замок только для того, чтобы отжать у меня сэндвич? А ещё говорят, кошки непоследовательны.

Фыркнув и покачав головой, Шай всё же полез в сумку и достал оттуда свёрток с сэндвичами – их ему с утра по обыкновению всучила Агнес.

«Уж под сорок лет, твоя милость, а головы на плечах всё нету, – по обыкновению ворчала экономка, женщина добрая и совершенно чудесная, но уж слишком о нём заботящаяся.

Шай только отмахивался – женить его Агнес пыталась в любой непонятной ситуации. Сам он в храм особо не рвался, да и не с кем вроде как. Не то чтобы желающих совсем не было: местные аристократы, на дух не выносящие «пернатого выскочку», ничуть не стеснялись сводничать и подпихивать новоиспеченному лорду Маклелану своих дочерей. Кое-кто и сыновей подослать умудрялся: увы и ах, не всех западных снобов Пресветлая одарила дочерьми.

Дочери, сыновья… какая разница? Шаю они все были одинаково безразличны. Равно как и многие другие.

«Богини создали вторую половинку для каждого из нас, Шаэ, – любила вещать матушка, гладя его по голове, как несмышлёного трехлетку. – Да, глупенький, и для тебя тоже! Как бы ты ни пытался внушить себе обратное».

«Это ещё почему?» – ворчливо изумлялся Шай, неизменно полагающий себя очень даже цельной личностью, а не ущербной половиной чего-то там.

«Потому что такой славный мальчик попросту обречён быть счастливым!»

– Сомнительное какое-то счастье, – пробормотал он себе под нос, скармливая своему почётному гостю половинку оставшегося сэндвича. «Гость» его подношение охотно слопал, не гнушаясь ни ароматным сырным хлебом, ни овощами. О толстых ломтях копчёной индейки и говорить нечего.

Наверняка ничуть не наевшись – такую образину вообще сложновато прокормить, – пёс улёгся рядом с ним, чинно вытянул вперёд длинные лапы.

– Нравится тебе здесь? – он протянул руку к крупной голове, вновь погладил собаку между ушами. Ответом ему стал негромкий и ничуть не угрожающий рык, который вполне можно принять за собачье «да». – Мне вот тоже.

Солнце потянулось к горизонту, когда пёс вдруг поднялся. Сморщил нос, принюхиваясь, зарычал на единственную дверь, через которую можно попасть в «гнездо», но быстро передумал.