Стихотворения

Мощи угасших созданий в кисейном отрепье

бередят эпохального идола лик;

не воздалось им по их увлекательной вере;

свое получает всех вер еретик.

Умножают потомство ходульные стереотипы.

У каждой купели из глуби теней

взвиваются неадекватного праотца хрипы,

не признавшего ни одного из детей.

Колышутся строгие буквы священных писаний,

слегка святотатствует их разворот.

На солнце до черных глубин раскрылённая рана

как исток откровения не заживет.

На горизонте под шоковые дифирамбы

закрепляется заатмосферный геном.

Убегая из мест, где трубит всесословная амба,

последнее перышко взвил Купидон.

Блик

По насущностям дней пробирается блик,

Вряд ли стезя его исповедима,

Он прошел цитадели, потопы, ледник

И, может, дойдет до Четвертого Рима.

Его Родина – неумолимый огонь,

По ту сторону зла и добра переправа,

Фатальных исчерпанностей перегон

(то ль всеспасение, то ли расправа).

Загадочных марев тончайший ажур

Оседает на глянцы корон, преподобий,

На преступные схемы цепных авантюр

И черствую стать неуклюжих надгробий.

Суховей световых неисчисленных лет

Опыляет юдольные цифры и даты,

И что-то они в себе сводят на нет,

И становятся чем-то безмерно чреваты.

Чудный блик по эпохам и вехам идет,

Облучает и правды, и кривды аспекты,

Внедряет в реалии двойственный код

Богов светозарности и конца света.

«У Арлекина расшатаны мужество, пафос и совесть…»

У Арлекина расшатаны мужество, пафос и совесть,

Пружины в суставах звенят и топорщат некстати трико.

Дыханье соборности и искушения – над балаганом,

Но важнее всего рыжеватой наездницы смех-                                                                                                  комплимент.

У Коломбины – духи с поволокой розариев                                                                                                     Семирамиды,

Силлогизмы пьяны и картинно хромают на обе ноги,

В сундуке – небольшие запасы изюма, помад, валидола,

На платье – банты и дурной бесконечности дымный                                                                                                  налет.

Свечи

У землянина двигатель

внутреннего сгоранья

Небесною искрой

легко запускается в ход,

А когда отойдет в эмпиреи

свеча зажиганья,

Свеча восковая

окурит телесный лед.