В постели с врагом мужа

Искусные пальцы Руслана ловко справились с застежкой на платье и скинули его на пол, открывая нежную кожу для поцелуев. Его губы медленно заскользили по шее и плечу, вызывая микроскопические фейерверки и заставляя кровь бурлить в венах. Желание распространялось по телу со скоростью лесного пожара и уничтожало на своем пути все преграды. Голова кружилась от охватившей эйфории, а сердце как сумасшедшее колотилось о ребра. Руслан методично вскрывал все ее внутренние замки и запреты, пробуждая и выпуская на волю истинную женскую сущность.

Поддавшись порыву, Маргарита принялась расстегивать пуговицы на рубашке, желая прикоснуться и почувствовать жар его кожи. Пальцы не слушались, вызывая раздражение и подогревая нетерпение. Справившись с этой непосильной задачей, она приложила ладони к груди Руслана и ощутила, как напряглись его мышцы, а мелкие мурашки ринулись врассыпную. Власть опьяняла, увеличивая во стократ и без того острое возбуждение.

Хриплый стон вырвался из горла Руслана, а дыхание перехватило.

Нежные ладошки скользили по его коже, мягко массируя и вызывая неописуемый восторг. От невинных ласк Маргариты мысли в голове путались, наскакивая друг на друга, а неконтролируемое желание разгоралось все сильнее, сжигая изнутри и подчиняя своей воле.

Почувствовав на ремне ее нетерпеливые пальчики, Руслан глухо зарычал и впился в припухшие от яростных поцелуев губы. Жадно исследуя обнаженную спину ладонями, нащупал застежку бюстгальтера и выпустил на волю упругую грудь.

Прерывистый стон сорвался с ее губ, когда острые соски коснулись его раскаленной кожи. Руслан шумно выдохнул, пережидая судорожный спазм внутри. Яркое наслаждение прокатилось по телу, едва не сбив с ног и делая болезненную эрекцию невыносимой.

Не сдержавшись, он подхватил Маргариту на руки и шагнул к кровати. Бережно уложил на постель и, избавив их обоих от остатков одежды, навис сверху. Не прерывая жгучего поцелуя, развел ее бедра в сторону и осторожно коснулся промежности пальцами.

Маргарита оказалась такой мокрой и горячей, что у Руслана едва не сорвало крышу. Хотел ее до трясучки, до дрожи в коленях и хруста в пальцах и, чувствуя, что это взаимно, терял остатки самообладания, рискуя облажаться, как мальчишка.

С трудом сохранив контроль, уверенно толкнулся внутрь, срывая с губ Маргариты протяжный стон удовольствия. Дыхание смешалось, стоны слились в один, а сердца застучали в унисон.