Я рисую ангелов

Но вместо этого подошел совсем близко, положил пальцы на подбородок, заставив посмотреть ему в глаза, и наклонился над ней. Энн замерла. Казалось, она даже не дышала.

Когда он прикоснулся к ее губам, буквально физически ощутил, как ее накрыл страх. Дикий, первобытный страх, который мгновенно сменился приливом возбуждения. Энн положила руки ему на грудь, не решившись обнять. Аксель толкнул ее к ближайшему дереву, убедился, что она прижалась спиной к шершавому стволу, улыбнулся почти зло и снова поцеловал. Энн глухо застонала, протестуя.

От ее лица отхлынула кровь. Руки сместились к его шее в таком жесте, будто она хотела его придушить. Аксель смахнул тонкие пальцы и отстранился. Замер на несколько секунд и сделал шаг назад.

– Прости.

– Я знала, что нравлюсь тебе, детектив. Но чтобы увозить женщину в лес так просто – это уже чересчур.

– Одно твое слово – и я верну тебя обратно.

Энн улыбнулась.

– Вернуться придется в любом случае. Я же говорила. Инвентаризация.

Он запустил пятерню в волосы и снова улыбнулся, на этот раз обезоруживающе.

– Ладно. Поехали.

– Еще пара минут.

Энн пересекла расстояние между ними и, поднявшись на цыпочки, страстно и быстро поцеловала его в губы. Долгая дрожь пробежала по телу Акселя, пробуждая животное желание повалить Энн на траву, пренебречь всеми делами и условностями и овладеть ею тут же. Пришлось сделать шаг назад и закрыть глаза, чтобы схлынул красный туман, уже застилавший внутренний взор. Аксель тяжело дышал. В этой женщине было что-то невозможное.

Что-то не поддающееся объяснению. Она сводила его с ума. Но непонятно чем. Неужели так сладко пахнет?

Нужно держать себя в руках. Все эти мысли – просто следствие армии. Он детектив, его задача – ловить преступников, а не насиловать женщин в лесу. Хотя нужно быть честным. Это не насилие. Это – страсть. Какая тонкая грань между высшим злом и высшим наслаждением.

Аксель молча сел на мотоцикл и замер, следя за тем, как Энн еще раз оборачивается к озеру, касается носком ботинка поверхности воды, разворачивается и идет к нему.

Бледная, но довольная. Он мог побиться об заклад, что довольная. Женщины. Энн легко села за ним, обняла за талию, заложив большие пальцы за его ремень, и прижалась щекой к спине. В какое-то мгновение ему показалось, что он слышит ее мысли. И эти мысли ему понравились.

Он довез Энн до кофейни, попрощался с ней и отправился к себе. Остаток воскресенья обещал быть спокойным и томным. Ехать к Саре ему совершенно не хотелось.