Я рисую ангелов

В их отношениях появилась трещина после того, как он вернулся из армии. Приемная мать начала бояться его без всяких причин, вздрагивала, когда он входил в комнату, не позволяла себя обнять. Если он был рядом, старалась с ним не разговаривать и всячески обходила стороной. Он не придавал значения такому поведению, понимая, что армия его действительно изменила. И при условии, что он помнит далеко не все, можно было сделать вывод, что произошедшее там когда-нибудь вскроется ночным кошмаром. Но пока он полностью контролировал свои эмоции – красный туман, который всегда застилал взгляд, стоило взять в руки оружие.

Полностью контролировал – до момента, когда прикоснулся к Энн. Пока они мчались по вечернему полупустому шоссе, пока ее пальцы все настойчивее впивались в его ремень, дразня и пытаясь проникнуть дальше, он думал о том, что впервые в жизни рядом с женщиной почувствовал ту же первобытной мощи эмоцию, которой отдавался на войне.

Аксель купил еды навынос, поднялся к себе и рухнул на диван, безуспешно пытаясь успокоиться.

Ему стоило пойти в душ, смыть с себя этот день и перестать думать о рыжеволосой чертовке, но вместо этого он крутил в руках телефон и думал, не написать ли ей пару сообщений. Останавливало только то, что Энн ему номера не давала.

Телефон зазвонил, и детектив уронил его от неожиданности. Но аппарат не разбился и продолжил звонить с пола. На экране отразилось имя – Марк Карлин. Просто так этот прохвост в выходной звонить не станет. Грин поднял аппарат, сел на диван и нажал на кнопку «ответить».

– Аксель, – судя по голосу, Карлин был в шоке, – он снова убил. Срочно… господи, срочно приезжай.

– Куда?

– Ко мне домой.

10. Сара Опервальд

Весна 1981 года

Треверберг

Нарочито легкой и уверенной походкой тридцатисемилетняя Сара Опервальд шла по длинному коридору тревербергского детского дома. Документы на усыновление нянечка, отдавшая этому месту пятнадцать лет своей жизни, отнесла три месяца назад. С ней долго разговаривали в попытке выяснить, не материальными ли благами продиктовано это желание.

Но в итоге поняли, что городская субсидия здесь ни при чем. У Сары родилось два мертвых ребенка. Муж погиб в чудовищной и бессмысленной аварии. Десять лет она жила только своей работой и детьми, которые ее окружали. А с этим мальчиком, которого привезли в дом скорби ровно десять лет назад, у нее возник особенный контакт.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».