Лотос Серебристый

И у меня получилось, пускай не столь аккуратно, как у нее, но все же.

Сложенные лотосы ровно обрезали, привязали к палочкам и обернули широкими зелеными листьями. Получились красивые букеты.

– Почему ты так испугалась этого господина Конга сегодня утром? – спрашиваю тихонько Парамит на французском, чтобы большинство не могло нас понять.

При этом вопросе красивые глаза Парамит снова погрустнели.

– Жестокий он, госпожа. Словно дикий шакал.

– Он обижает тебя?

Качает головой.

– Нет. Он…Прошу, чаонинг, не обращайте внимания, – вдруг испугалась она, пересаживаясь от меня.

Как только все букеты были готовы, женщины понесли их на подносах к деревянному причалу. Мы опустились на колени и стали ждать. Вот-вот покажется лодка монаха, направлявшегося в храм, ему и предназначались цветы в качестве подношения.

– Ох, забыла еще один поднос с цветами! – всплеснула руками Пея. Лодка приближалась.

– Я сбегаю, нянюшка, – говорю, вставая, и побежала к тому месту под деревьями, где мы делали букеты.

Увидела оставленный поднос с лотосами. Взяла его и хотела уже было направиться обратно, но тут кто-то встал у меня на пути.

Я подняла глаза, и так замерла. Передо мной стоял Эдвард Фейн и улыбался.

– Я все-таки нашел тебя, прекрасная чаонинг, – говорит.

Дрожь охватывает всю с головы до ног. Поднос с цветами падает из моих рук. Я отворачиваюсь, накрывая голову концом сари и закрывая лицо.

– Разве мы не знакомы? – слышу его голос совсем рядом. – Почему прячешься?

О великий Будда! Я пропала.

Как он здесь оказался? Что делать? Бежать! Точно!

Я хотела было броситься прочь, но Эдвард уже схватил меня за предплечье и развернул к себе.

– Я полагаю, нам пора познакомиться, – улыбается, и опускает шарф с моего лица.

Глава третья

Я молчу и прячу взгляд под длинными ресницами. Эдвард Фейн поднимает упавший поднос с букетами лотосов.

– Могу ли я вам помочь? – спрашивает.

Сколько будет продолжаться это недоразумение? Дольше скрывать от него, кто я есть на самом деле бессмысленно, иначе я разрушу ту симпатию, что возникла у него ко мне.

– Благодарю, месье, – наконец отвечаю я на английском.

Эдвард замирает, пораженный.

– Вы говорите по-английски?

– Да.

От стыда боюсь поднять на него глаза, страшно представить, что он думает теперь обо мне.

– Прошу прощения, месье, что в первую встречу ввела вас в заблуждение, – начинаю я, теребя сари. – Я находилась в состоянии шока после нападения тигра.