Лотос Серебристый

И еще вы мне очень понравились. Но этого я конечно же не сказала.

Некоторое время Эдвард внимательно рассматривал меня с головы до ног.

– Прошу, не извиняйтесь, мисс, – поднимает руку, – я и сам должен был догадаться, что вы не простая лао. Позвольте представиться, Эдвард Фейн, – касается двумя пальцами полей своей белой шляпы. В ответ я делаю легкий поклон. – Могу ли я наконец узнать ваше имя, мисс?

– Да, я Киара. Киара Марэ, – смотрю на него, и вижу как лицо его меняется, особенно выражение серых глаз.

Что-то пробегает в них, незаметное, едва уловимое. Какая-то жесткость.

– Вы младшая дочь мистера Эдмонда Марэ?

Киваю. Пауза. Мне становится страшно, я чувствую нарастающий холод между нами.

– О, мистер Фейн, скажите, что я не оскорбила вас, – не выдерживаю я тягостного молчания. Почему он так изменился? Ведь, если я действительно ему понравилась, то какая разница кто я? Простая лао или госпожа?

На мои слова Эдвард улыбается, вежливо и совершенно по-другому, не так как до этого.

– Нет, мисс Киара, конечно вы меня не оскорбили. Вчерашнее нападение тигра было жутким. Как ваша нога?

Ну учитывая, что я уже утром во всю танцевала чарльстон у Талы, совершенно позабыв о растянутой лодыжке, то весьма неплохо.

– Благодарю, намного лучше, – отвечаю.

– Куда нести поднос? – спрашивает Эдвард.

Ох, совершенно забыла о подношении! Пея будет недовольна.

– К причалу.

– Тогда позвольте, я провожу вас.

И мы пошли по траве в сторону реки вдоль кустов, усыпанных душистыми персиково-белыми цветами.

Лодка с монахами как раз подплыла, когда мы спустились по деревянным ступеням. Другие лао, завидев Эдварда, засмущались и начали без конца кланяться. Пея тоже сложила руки в приветствии, но сразу нахмурилась. Едва подносы с букетами преподнесли монахам, она подскочила ко мне, готовая, как и вчера спасать меня от этого господина.

– Все хорошо, Пея, – успокаиваю ее, улыбаясь, – мистер Фейн знакомый семьи.

– Да, лао, не беспокойтесь, я не причиню вреда вашей чаонинг, – с задором произносит Эдвард. – С вашего позволения, я же могу проводить мисс Киару до дома?

Пея онемела на мгновение, хоть она и явно недолюбливала его, Эдвард был белым господином, а она слуга, и теперь он снизошел до прямой просьбы. Эдвард продолжал смотреть на нее, чуть склонившись, ожидая ответа.

– Конечно, господин, – наконец бормочет нянюшка, зардевшись от смущения.