Итальянские каникулы. Чао, лето!

Но этим утром, которого я уже боюсь чуть меньше, не хочу, чтобы мой крестик еще кого-то своим видом успокаивал. Расстегиваю цепочку, снимаю Христа и кладу его под подушку. Цепочку обматываю дважды вокруг щиколотки, застегиваю. Смотрится потрясно! Моя собственная модная окова. Святой anklet! Свет заполняет меня всю. Лучезарю в ответ.

Первым делом я знакомлюсь с ванной. Она персональная – на втором этаже кроме меня никто не живет.

– Nononono, – успокоила меня Руби, когда я вчера спросила про Фабио и постучала по двери соседней со своей комнаты, – ci sei solo tu[21 - Нтнетнетне, только ты одна.

].

Я сначала обрадовалась, но вида не показала. А потом поняла, что в этом «одна» все обо мне и как-то моментально поникла, но видом показала, что все же довольна отсутствием соседей.

– Ио нон боюсь, – ответила я Руби.

Первое вранье в этом доме. Я не собиралась делаться для здешних открытой книгой, хватит и того, что они будут слышать мой храп и чавканье.

Со вчерашнего дня в ванной ничего не изменилось: по прежнему два унитаза, раковина, душевая кабина, окно.

Достаю до него кончиками пальцев, если встаю на носочки. Дверь закрывается тихо – плюс в копилку Джанни, хороший хозяин своего дома. В зеркало утром я не смотрюсь – хочу как быть француженки – вставить цветок в волосы и сразу красивая. Практикуюсь видеть свою красоту безо всяких зеркал.

Впаянный в стену унитаз подмигивает явно холодной седушкой, второй рядом – торчащим из седушки краном.

Боюсь я этих ребят не меньше, чем вчера. Пристраиваюсь к дальнему так, чтобы не касаться его. Сложная задача – дружить с унитазом в чужом доме.

Руби встречает меня внизу.

– Ciao, – говорит она и ведет меня на кухню.

На Руби платье в цветочек, сзади она выглядит совсем миниатюрной со своей короткой стрижкой и тонкими ногами. Кухней оказывается каморка без окон в дальнем углу гостиной. Замечаю ряд ящиков и раковина слева, столешница плюс холодильник справа. Руби открывает все ящики по очереди и смотрит, смотрю ли я на их содержимое.

Я, конечно, смотрю, но ничего не запоминаю. Чашки, тарелки, пакеты – пестро и много. Она достает коробку с нарисованными на ней разноцветными шариками.

– Vа-vа, – говорит она и трясет ее.

– Мыгы, – киваю я.

В холодильнике – коробки с молоком и яркие упаковки. Решаю сразу продемонстрировать свои предпочтения.

– Млеко, – говорю я и показываю на коробку с зеленой травой.