Как я училась быть любимой

Тогда, приблизившись к самому уху, Коська елейным голоском прошелестел:

– Ох, чувствую, девка, твоих рук дело, замочила старушонку между делом. Ты на музыкальных инструментах каких-нибудь играешь?

– Нет, – опешила я.

– Жаль, на зоне пригодилось бы…

– Ты дебил или как? Полиция-то не нашла криминала…

– Пацаны работать не хотят. Её волокли по земле, потому и галоша слетела. Так что запираться бессмысленно. Колись!

– Не я это, не я! Вы что мне не верите? Для чего мне убивать-то? Я ведь и не умею…

– Этому в университетах не обучают.

– У меня средне – специальное образование.

– Оно и видно.

– Но послушайте!..

Участковый уже не слушал. Важный перец, насвистывая блатную мелодию, гордо удалился. Я старалась докричаться до него, а он даже не обернулся. Соседи, наблюдавшие за сценой, притихли, и кто с опаской, кто с осуждением смотрели на меня. Я повернулась к ним и, разведя руки в стороны, попробовала улыбнуться, вышло кисло.

– Вот ведь дурачок чего удумал. Решил, будто это я… Она сама… А он говорит что это я… А она сама… Старенькая ведь… Зачем мне-то?

Мне никто не поверил.

Только Нюська, резко дёрнув за руку, потащила в комнату. Заставила выпить полстакана водки, и прихватив с собой недопитую бутылку, деликатно испарилась.

Истерика как будто прошла и я на трезвую голову стала думать над сложившейся ситуацией. С одной стороны, говорят, но это только говорят, сама то я не знаю, что Константин справедливый, а с другой, застоявшийся без работы алкоголик.

Так что перспектива оказаться в колонии всё же есть, причём весьма реальная. Мне стало жаль себя, запутанная я вся какая-то, несуразная, бестолковая, одинокая и… и… ну ещё, в общем, дура совсем безмозглая, невезучая. Пьяные слёзы катились по пылающим щекам, и преданная Сашенька, нежной ручкой гладила меня по голове, приговаривала:

– Не плачь тётя Света. Ты хорошая, и ты вовсе не дура, правда. У меня есть кукла очень красивая, хочешь, подарю?

– Нет спасибо, кукла мне не поможет.

– А что тебе поможет? – поинтересовался ребёнок.

– Не знаю.

– Вот! Сначала нужно узнать вдруг это у тебя уже есть. Тогда и реветь не надо будет.

Вечером, вспомнив о ребёнке, явилась-таки Лёля. Подруга, отказавшись от чая, томно курила сигарету, в ожидании пока Сашенька соберёт свои вещи. Весь её вид, говорил о том, что она с пользой, и большим удовольствием провела выходные. А мне было тягостно, и была потребность в сочувствии и понимании.