Сколько живут донжуаны

Значит, он все правильно понял: Людмила, узнав о смерти Вадима, не то что не рыдает по нему, не убивается, все наоборот, она чуть ли не обрадовалась такому неожиданному освобождению и теперь, надеясь на то, что чувства фермера к ней не остыли, решила для себя действовать, причем быстро! Где домик на реке, который после смерти Вадима так и останется лишь мечтой, а где реальное, мощное фермерское хозяйство, да еще и нежная любовь красивого, умного и здорового Никитина?!

– Люся… – Никитин обнял Людмилу и принялся целовать.

Оторвавшись от нее, он, едва переведя дыхание, забормотал ей что-то о своей любви, потом сбился на другую тему – пообещал помочь с похоронами.

– Отвези меня домой, пожалуйста, я что-то совсем замерзла.

– Да, конечно! О чем речь?! Я только ключи возьму и человека предупрежу, что отъеду ненадолго… Или наоборот… – он отстранился от Людмилы и посмотрел на нее, как на оживший призрак, недосягаемый прежде объект его страсти и любви, теперь же вполне реальный и теплый, – …надолго?.

.

Сколько надежды и страсти было в этом его робком вопросе!

Лазарев едва успел вернуться на кухню и сделать вид, что ест, как перед ним возник фермер. Глаза его блестели, лицо раскраснелось.

– Мне надо отлучиться… Там это… Люся… Думаю, ей страшно. Прибежала вот сама… Отвезу ее. Заодно и расспрошу про Вадима, может, расскажет чего полезного, а я вам передам. Кто-то же его убил, может, это поможет разобраться. Пока что могу сказать, она назвала его опасным человеком, намекнула что-то о том, что он с нехорошими людьми вроде общался.

Вы это… Андрей, там сами найдете, что постелить, да? В шкафу в спальне постельное белье, постелите себе в любой из комнат, их много. И извините меня, бога ради.

Он убежал, Андрей какое-то время постоял возле окна, наблюдая за тем, как фермер заботливо помогает сесть во внедорожник Людмиле, как они уезжают. Когда все стихло, он вернулся за стол, плеснул себе еще водки.

Потом еще. «Вот бабы стервы!»

Выпил, позвонил жене. Трубку долго не брали. Когда наконец он услышал ее заспанный голос, то улыбнулся расслабленной бессмысленной улыбкой пьяного человека и спросил:

– Привет, Свет. Как дела?

8. Таня. 11 января 2018 г.

Она лежала, разглядывая комнату, но никак не могла вспомнить, где находится. Ни одного знакомого предмета, да и узор, розовые розы на небесно-голубом фоне, ей ни о чем не говорил.