Пена 2

Ему показалось, что где-то на пределе слышимости именно лай собачий и раздался. Стараясь не потревожить спящего обер-лейтенанта, фельдфебель слегка раздвинул ветви березки, воткнутой напротив входа и замер, не дыша. Шелестела листва, потревоженная им, чирикали птицы, и тарахтел где-то совсем рядом русский трактор, что-то волокущий.

– Померещилось,– облегченно вздохнул Фриц, утирая пилоткой испарину, выступившую на лбу. И тут же подпрыгнул перепугано, коснувшись головой низкого свода пещерки. Лай раздался буквально в десяти метрах, яростный и громкий.

– Лисью нору никак Полкан учуял,– услышал фельдфебель голос и понял, что им опять не повезло.

– По норам он специалист,– раздался второй голос такой басистый, что первый по сравнению с ним показался Фрицу писклявым.

– Может шугануть рыжую?– предложил первый голос.

– И на кой она сдалась? Мясо есть не станем, а шкура… Что проку-то от нее? Аль замерз? Ее опять же выделывать надо умеючи,– возразил басистый.– Пущай живет животина. Тварь ить Божья, какая-никакая,– пророкотал он совсем рядом, вселяя в сердце фельдфебеля надежду, что все еще обойдется.

– А у нас лисы не водятся. Я их только в зоопарке один раз видел. Давай шугнем,– заныл противным голосом писклявый и Фриц закусил губу, чтобы не выругаться.

– Ты ровно мальчонка сопливый, который у мамки конфетку просит,– пролил бальзам на душу Фрица, басистый, сам того не ведая.– У нас с тобой времени на энти забавы нет. Наша задача какая?

– Накосить травы для лошадей,– пискнул писклявый.

– Ну, и чего тогда? Вот литовка, вот трава… Коси. Лису ему подай,– проворчал басистый.– Вот сейчас старшина заявится, и устроит нам такую охоту, что задница потом чесаться будет месяц. Мало он тебе нарядов объявлял? Коси коса, пока роса. Слыхал такую поговорку? Она пока мокрая, вкуснее для скотины.

– А Полкан будет жрать лисятину?– зашел с другого бока писклявый.

– Этот? Этот что хошь станет,– прогудел уже не так уверенно в своей правоте бас.

– Так давай шуганем, пусть хоть нажрется один раз от пуза.

Смотри, облез весь от голодухи. На одних мышах ведь существует. А тут лиса. Полкан, Полкан. Вишь, как хвостом метет. Жрать хочешь, Полкан? Хочет. Вишь, как глазами моргает?– буквально запел писклявый.

– Старшина едет, коси уже,– зашипел басистый басом.– Вона оттель начинай, а я следом пойду. Голоса примолкли и Фриц, вытянув шею, услышал только шорох травы и звон стали. А потом раздалось рычание, и в нору просунулась собачья голова.