Нерассказанные истории

– Варвара, – Пешин голос из сеней прозвучал музыкой, – нам бы сегодня перетряхнуть ковры, да из подпола натаскать заготовок, да дров к печи, дел хватает.

– Не вопрос, – Варя уминала свежие калитки, запивая чаем, – сейчас доем и быстренько всё сделаем.

Полдня рука об руку трудились, наводили порядки, как выражалась Пеша. К обеду тётка стала к печи, собирая вчерашнее на перекус.

– Оставь его нам, – Пешин голос прозвучал глухо и раскатисто, – земле хозяин нужен.

Варя отвернулась от окна и недоуменно уставилась на тётку.

Но спорить не было желания и… Варя резко повернулась снова. Что-то не так, за что-то зацепился взгляд, но откинул, как несуразное. Из-под подола длинного, в пол, Пешиного платья виднелась босая звериная пятка в бурой шерсти.

"Не истери!!" Варвара зажмурилась, а когда присмотрелась повнимательнее, готова была себя убить – конечно, это кёнги, мягкие кожаные башмаки, и, конечно, они на меху.

Тётка поставила на стол вчерашние щи, по избе поплыл густой, наваристый дух.

Варвара обожала такую стряпню и пару минут просто не могла оторваться от тарелки. Пеша тоже только сопела, сидя напротив.

– Пеша, – Варвара подняла глаза на тётку.

Напротив за столом развалилась огромная медведица. С вывороченных тёмно-розовых губ свисала тягучая слюна, маленькие глазки оценивали Варварины шансы.

"Это морок, это Пеша чудит, ты и сама так умеешь." – Варин мозг пытался противостоять картинке, вот только картинка была слишком реальной. Медведица заворочалась, потянулась к Варваре и последнее, что та запомнила перед обмороком – тяжёлый гнилой запах медвежьей пасти.

Очнулась она в постели, хозяйка меняла ей холодный компресс и вздыхала.

– Где Стас, – голос прозвучал отвратительно жалко, – я думаю нам лучше уехать.

– Не приехал он, видимо там заночует, завтра уже поедете, – тётка встала и переваливаясь двинулась в сени, – ты спи, утро вечера мудренее.

Варвара подождала пока дверь за Пешей закроется, сползла с кровати. Сил было так мало, что круг солью она насыпала в три приёма.

«Уж лучше я утром объясню, что окончательно тут крышей поехала, чем останусь совсем без защиты». Обошла его трижды, грела ладони над самым пламенем свечи, да их род огня не боялся – огненные оморочники и шептуны они от огня силу брали.

В доме было непривычно тихо. Тётки не было, но не было и ощущения пустоты. Варя куталась в плед, забившись в угол кровати. Вдруг под окном послышалась тяжёлая поступь.