Ты нам (не) нужен

Меня лихорадить начинает, бросает в жар и, может быть, я все же заболела, продрогла, пока стояла на ветру. Передергиваю плечами. Я промокла до нитки и одежда, прилипшая к коже, вызывает озноб.

Несмотря на то, что в салоне тепло, согреться никак не получается. Кажется, скоро зубы стучать начнут.

Марат скользит по моей фигуре оценивающим взглядом, хмурит широкие брови, явно замечает мое состояние.

Стукает по клавише рядом со своим сиденьем, и я ощущаю, что кондиционер начинает продувать салон гораздо более теплым воздухом.

– Ты тратишь мое время, Ольга.

Выдает все так же без особых эмоций. Явно демонстрирует, что не верит мне, а я неожиданно для себя замираю. Так странно, что он имя мое помнит, было бы логично, если бы Умаров стер в тот далекий день меня из своей жизни и из памяти, как и я попыталась забыть его, вычеркнуть, ампутировать, подобно опухоли…

Да, я пыталась, но ожог был слишком сильным, такое с легкостью не забыть…

Насколько мне это удалось, думать не хочу, потому что не было дня и ночи, чтобы я не вспоминала о той боли, которую причинил мне этот мужчина…

– Повтори, что ты кричала на улице… – в голосе слышны стальные нотки.

Опускаю взгляд на собственные пальцы, сцепленные в замок, побелевшие.

Темно-синие глаза смотрят с нажимом, заставляют чувствовать себя не в своей тарелке, но я знаю, зачем я здесь. Этот мужчина мне нужен как никто другой!

Только он может помочь моей малышке, только он…

Ее отец…

– Я жду, Ольга.

Проговаривает жестко, словно наотмашь ударяет. Я все это время, пока страдала и училась жить без него, думала, он и имени моего не вспомнит.

Он так ярко показывает, что не забыл, что с памятью у Умарова все в порядке…

Зачем забывать ту, которая и не стоила ничего… Это я бы душу отдала, чтобы стереть его, я имя его произнести не могла до сегодняшнего дня, а он и не забывал, да ему плевать просто.