Ты нам (не) нужен

Столько времени прошло, он ведь и не интересовался мной… нами…

Со связями Умарова узнать, что со мной стало – вопрос пяти минут, но ему было наплевать…

Все это время он жил, поднимал бизнес, начал все чаще мелькать на экранах телевизоров, а я… Стоило включить новостную ленту и увидеть лицо моего бывшего первого мужчины, как у меня живот сводило…

Беременность протекала сложно, тяжело, и помню, как впервые его увидела, когда бездумно каналы крутила.

Кадр. На весь экран. Его лицо…

Лицо мужчины, которого я так безумно любила…

И которого пыталась вычеркнуть из своей памяти…

Мне словно нож в сердце вонзили и провернули безжалостно.

Он стоял у трапа своего джета и давал интервью, а я смотрела… смотрела на красивое отчужденное лицо, слышала голос и слезы текли ручьем.

Тогда впервые моя малышка толкнулась… Словно отреагировала на мою боль и… своего отца… отца, которого она лишилась таким жестоким способом, еще до своего рождения…

Он отказался от нас. Помню, как положила дрожащие пальчики на круглый животик и проговорила с улыбкой:

– Мы справимся, все будет хорошо… все обязательно будет хорошо… он нам не нужен, родная… не нужен…

– Мое время слишком дорого стоит, чтобы тратить его впустую, – повторяет, явно теряя терпение, а меня словно дубиной по голове ударяют.

Умаров мне не верит. Я его время трачу…

Его время…

Что-то внутри меня словно набирает обороты. Злость. Ярость. Будто торнадо проходится, и я выдыхаю с отчаянием:

– Впустую, господин Умаров?!

Поднимаю голос.

– Впустую?! Боже…

Мотаю головой… Поверить не могу, что это все происходит наяву....

– Я о твоей, еще раз – о твоей дочери говорю, Умаров!

Прищуривается и поднимает уголок губ в странной ухмылке. Окидывает меня оценивающим взглядом, задерживаясь на коленках в капроновых колготках, сразу же одергиваю юбку.

– Как интересно, – выдает иронично, – прямо-таки моей?

Вроде и в голосе слышны лукавые нотки чистого превосходства человека, уверенного в своей власти, но есть там что-то еще…

Но кроме иронии я буквально кожей ощущаю его злость, вижу, как напрягается лицо, фиксирую, как на дне глаз словно искры вспыхивают, и почему-то кажется, что для того, что не пришибить меня сейчас, Умаров все силы прикладывает.

Огромный. Мощный. Матерый. Марат именно такой.