Земля оборотней

«Пусть лучше все они будут против меня, чем друг против друга», – решила Айникки и пошла прочь из Калева. Босая, простоволосая, в одной рубашке… А ночи были холодны, и перед рассветом на траве часто лежал иней. «Ничего, – утешила себя Айникки, ускоряя шаг. – Побегу быстрее, так и согреюсь».

И побежала.

Глава 5

Кто-то ходит вокруг

На следующее утро, отоспавшись после вчерашних страстей, Ильмо и его спутники отправились дальше. Тихое озеро, которым обернулась зачарованная топь, оказалось последним препятствием на их пути.

Сразу за ним сырые мхи сменились черничниками, ельники – борами, растущими на пологих песчаных склонах. Начинались предгорья. Впереди вставали лесистые отроги длинной гряды, что отделяла Похъёлу от мира людей.

Несмотря на то что дорога вела в гору, путешественники шагали бодро, болтая и перебрасываясь шутками на ходу. После приключения на болоте их радовало всё – и солнце, пригревающее в полдень, и даже ночной холод. Еще бы – чудом спаслись от мерзкой смерти. Никто не сомневался, что, если бы не догадливость Ильмо, кикимора так или иначе погубила бы их.

…Придя в себя, Ильмо сразу же рассказал друзьям, о чем беседовал под землей с призраком девушки-туна.

– Вяйно ведь как-то упоминал, что только двое райденов добирались до самых Врат Похъёлы – он и Тиира. Но едва ли Вяйно стал бы пытать врагов. Тут-то я и догадался насчет Тииры. Что его имя на древнем языке значит «чайка», я уж потом вспомнил.

– И тут этот Тиира нам всем подгадил! – заключил Ахти.

– А мне вот что любопытно, – сказал Аке. – Границу мы перешли – значит, эти земли принадлежат Похъёле. Так почему же Лоухи не освободила эту девушку, если ее посмертие для тунов так ужасно?

– Может, она не знала, – ответил Йокахайнен. – А может, знала – но сочла, что зачарованная трясина на границе для нее полезнее, чем какая-то там девчонка, погибшая десятилетия, а может, и столетия назад. Это вполне в духе Лоухи. К тому же мертвая колдунья наверняка была не из ее клана…

– Эх, жалко, Вяйно с нами нет, – сказал Ильмо.

 – Мне бы очень хотелось узнать, как она ухитрилась разделить свою душу надвое и породить эту кикимору…

– О какой из душ ты говоришь? Есть лиль – Дыхание, а есть ис – Тень. Так говорят наши нойды. Лиль дана тебе от рождения как бы взаймы. После смерти она сразу покинет тебя и вселится в новорожденного ребенка, потому что ее притягивает юная жизнь. Ис же уходит от тебя во сне и в болезни, странствуя в образе полярной совы.