Земля оборотней

Но после твоей смерти ис отправится вместе с тобой в Хорн – или, у вас, в Маналу, – где проживет еще столько же, сколько ты прожил на земле. А потом начнет перерождаться, таять, понемногу превращаясь в животное, потом в рыбу, потом в водяного жучка… и наконец – исчезнет совсем…

– А кости-то в яме были человеческие, – заметил Калли, с любопытством слушавший разговор о тайнах бытия.

– Да, я тоже это заметил, – кивнул Ильмо. – Но я разговаривал с призраком девушки-туна…

– Ничего удивительного, – тут же отозвался Йокахайнен.

 – Туны сотворены магией Калмы не из воздуха и не из северных птиц, а из какого-то человеческого племени – может, и вашего. По их легендам, прародительница тунов пришла с юга, и крыльев у нее не было.

– И откуда ты все это знаешь, Йокахайнен! То есть, если бы похъёльцы перестали поклоняться Калме, они стали бы обычными людьми?

– Может быть…

День за днем они без происшествий шли через ельники и сумрачные долины, через вересковые пустоши и скалистые распадки, постепенно поднимаясь всё выше.

Иной раз, оглянувшись назад с какого-нибудь крутого пригорка, Ильмо видел волнистые холмы в голубой дымке – леса, леса до края земли. Родная земля оставалась позади. Впереди вздымалась темная стена гор, перегородившая небо. И над ней, как острые волчьи клыки, – два снежных пика-близнеца Врат Похъёлы.

Вскоре выдался такой теплый, солнечный день, словно опять вернулось лето. Темная зелень сосен в синем небе, запах смолы… Только в воздухе кружились принесенные откуда-то ветром маленькие зубчатые желтые листочки.

Ильмо сначала показалось, что это листья земляники, но потом он с удивлением узнал в них березовые.

– Горы не пускают сюда холодные ветра с севера, – объяснил всезнающий Йокахайнен. – Но как только мы перейдем на другую сторону хребта, так из лета попадем сразу в зиму. Вам даже не представить, как сурова тамошняя земля. Во внутренней Похъёле, к примеру, вообще не растут деревья – только вот этот ползучий березняк…

– Что ж, будем наслаждаться теплом, пока можем, – сказал Ильмо, подставляя лицо солнечным лучам и вдыхая здоровый, терпкий запах нагретой смолы, – Как здесь славно! Как будто мы и не в Похъёле.

Йокахайнен фыркнул.

– Ты дважды неправ. Во-первых, это не совсем Похъёла. Настоящие владения тунов начинаются за горами, сюда они не летают без крайней необходимости. Это ничьи земли, пустые и отравленные, которые Калма постепенно населяет своими рабами – вроде той кикиморы… А во-вторых, тут далеко не безопасно.