Приключения Оливера Твиста

Мистер Фэнг несколько минут молчал, а затем, повернувшись к потерпевшему, сказал с неудержимой злобой:

– Намерены вы изложить, в чем заключается ваше обвинение против этого мальчика, или не намерены? Вы принесли присягу. Если вы отказываетесь дать показание, я вас покараю за неуважение к суду. Чтоб вас…

Конец фразы остается неизвестным, ибо как раз в надлежащий момент клерк и тюремщик очень громко кашлянули, и первый уронил на пол – разумеется, случайно – тяжелую книгу, благодаря чему слова невозможно было расслышать.

Мистер Браунлоу, которого много раз перебивали и поминутно оскорбляли, ухитрился изложить свое дело, заявив, что в первый момент, растерявшись, он бросился за мальчиком, когда увидел, что тот удирает от него; затем он выразил надежду, что судья, признав мальчика виновным не в воровстве, но в сообщничестве с ворами, окажет ему снисхождение, не нарушая закона.

– Он и без того уже пострадал, – сказал в заключение старый джентльмен. – И боюсь, – энергически добавил он, бросив взгляд на судью, – право же, боюсь, что он болен!

– О да, конечно! – насмешливо улыбаясь, сказал мистер Фэнг.

 – Эй ты, бродяжка, брось эти фокусы! Они тебе не помогут. Как тебя зовут?

Оливер попытался ответить, но язык ему не повиновался. Он был смертельно бледен, и ему казалось, что все в комнате кружится перед ним.

– Как тебя зовут, закоснелый ты негодяй? – спросил мистер Фэнг. – Полисмен, как его зовут?

Эти слова относились к грубоватому, добродушному на вид старику в полосатом жилете, стоявшему у перил.

Он наклонился к Оливеру и повторил вопрос, но, убедившись, что тот действительно не в силах понять его, и зная, что молчание мальчика только усилит бешенство судьи и приведет к более суровому приговору, он рискнул ответить наобум.

– Он говорит, что его зовут Том Уайт, ваша честь, – сказал этот мягкосердечный охотник за ворами.

– О, так он не желает разговаривать? – сказал Фэнг. – Прекрасно, прекрасно. Где он живет?

– Где придется, ваша честь! – заявил полисмен, снова притворяясь, будто Оливер ему ответил.

– Родители живы? – осведомился мистер Фэнг.

– Он говорит, что они умерли, когда он был совсем маленький, ваша честь, – сказал полисмен наугад, как говорил обычно.

Когда допрос достиг этой стадии, Оливер поднял голову и, бросив умоляющий взгляд, слабым голосом попросил глоток воды.

– Вздор! – сказал мистер Фэнг. – Не вздумай меня дурачить.

– Мне кажется, он и в самом деле болен, ваша честь, – возразил полисмен.