Журавленок и молнии

Разве в ней дело? Но в это время троллейбус остановился, двери зашипели, и водитель опять недовольно закричал:

– Дрынка!

– Почему он всех какой-то «дрынкой» пугает? Что за «дрынка»? спросил Журка.

Иринка широко открыла глаза. Потом охнула и начала смеяться:

– Это он говорит «до рынка». Рядом с рынком троллейбусный парк, вот он туда и едет, потому что работу кончил. А вообще этот шестой маршрут ходит на «Сельмаш»… Нам-то все равно по пути, а другие сердятся. Ждут, ждут, а он… Он: «Дрынка»!.. Ой, ты не обижайся, что я смеюсь.

– Я не обижаюсь, – проворчал Журка. – Просто глупо. Сказал бы по-русски: «Еду в парк, товарищи».

– Тогда непонятно, в какой парк. Может, в парк культуры и отдыха, туда, где мы вчера были. Там у него конечная остановка… Ты обратно на этой «шестерке» до самого дома доедешь.

«Шестерка» снова тряхнулась и поехала.

– Ой, а о чем мы недавно говорили? – спохватилась Иринка.

– О твоих конопушках, – безжалостно сказал Журка.

– Да… – сразу опечалилась она. – И о зубах… Я даже удивляюсь, с чего ты решил со одной познакомиться.

Журка усмехнулся:

– Значит, если знакомишься, надо человеку в зубы смотреть, как лошади? И конопушки считать?.. Ты сказала «пошли», я и пошел с тобой.

– Между прочим, это ты сказал «пошли».

– Между прочим, ты. Я и не мог, я как раз тогда губу облизывал, видишь, на ней трещинка.

– Ну… ладно. Зато ты стал резинкой угощать.

– А ты не отказывалась.

Иринка опять засмеялась:

– Неудобно отказываться. Жевала и страдала.

– Подумаешь, страдала.

– Когда?

– Над молочным супом. Я его больше всего на свете не терплю. Первый раз в жизни до конца съел. Да еще с пе-енками… – Журка передернулся.

– Ой, а почему же ты не сказал?

– В гостях-то!

– Я маме скажу, чтобы никогда больше…

– Не вздумай!.. А то каждый день буду резинками кормить.

Иринка жалобно попросила:

– Только не такими твердыми. А то потом потихоньку я целый час плевалась, когда ты меня по парку таскал.

– Я таскал? Я там и дорог-то никаких не знал! Ты сама: «Пойдем еще куда-нибудь», я и пошел…

– Ага? Сам же все спрашивал: «Вон за теми деревьями что? В том домике что? А лодочная станция где?»

– А ты сама: «Хочешь, летний трамплин покажу? Хочешь на детскую железную дорогу?»

– А ты не отказывался…

– А ты… – Журка хлопнул губами, моргнул и заулыбался.

– Уже. Остановка.

Они выскочили из троллейбуса на горячее солнце.