Богач, бедняк. Нищий, вор

Сейчас же все больше молчал, движения стали робкими, и было что-то пугающее в том, как он с виноватым видом раскладывает перед собой газету или варит себе кофе, стараясь не производить лишнего шума. Рудольф вдруг подумал, что отец готовится к смерти. Задумчиво стоя в темной прихожей, уже положив руку на перила лестницы, Рудольф впервые за многие годы задал себе вопрос: любит он отца или нет?

Он подошел к двери, ведущей в булочную, отпер ее и, пройдя в заднюю комнату, спустился в подвал.

Аксель сидел на скамейке, уставившись взглядом на огонь в печи.

– Привет, пап, – поздоровался Рудольф.

Отец медленно обернулся и кивнул.

– Я зашел узнать, может, тебе нужно помочь?

– Нет, – ответил отец, взял бутылку и сделал глоток. Затем протянул бутылку Рудольфу. – Не хочешь?

– Спасибо. – Рудольфу не хотелось пить, но он почувствовал, что отцу будет приятно, если он выпьет. Бутылка была скользкая от потных рук отца.

– Ты весь промок, – сказал отец.

– На улице дождь.

– Сними пальто. Не сидеть же в мокром.

Рудольф снял пальто и повесил на крючок.

– Как дела, пап? – Он никогда раньше не задавал отцу подобного вопроса.

Джордах тихо хохотнул, но не ответил, а снова приложился к бутылке.

– Что ты сегодня вечером делал? – спросил Аксель.

– Ходил на вечеринку.

– Значит, на вечеринку. – Аксель кивнул. – Играл на своей трубе?

– Нет.

– А чем нынче занимаются на вечеринках?

– Как бы тебе сказать. Танцуют. Слушают музыку. Валяют дурака.

– Я тебе не рассказывал, что мальчиком ходил в школу танцев. В Кельне. В белых перчатках. Там учили кланяться. В Кельне летом было так славно. Может, стоит мне вернуться туда. Там сейчас все будут начинать с нуля – может, там мне и место. Развалина среди развалин.

– Прекрати, пап, – сказал Рудольф. – Не говори так.

Аксель еще глотнул виски. Потом сказал:

– Сегодня у меня был гость.

Мистер Гаррисон был владельцем дома и каждый месяц третьего числа приходил лично собирать арендную плату. Ему было больше восьмидесяти, но он всегда являлся день в день. Лично.

– Но ведь сегодня не третье, – удивился Рудольф. – Что ему понадобилось?

– Дом собираются сносить. Здесь будут строить новый квартал. Первые этажи пойдут под магазины. Порт-Филип разрастается. Прогресс есть прогресс, как сказал мистер Гаррисон.