Педагогическая поэма

Многих – и тогда, и сейчас – раздражала строгость педагогической системы, которую разрабатывал Антон Семенович, много было сломано копий вокруг вопроса о том, можно ли вообще воспитывать путем строгих ограничений и коллективной взаимной ответственности? Но, возможно, лучшим ответом на этот вопрос будет тот факт, что в трудовой колонии Макаренко становились вполне уважаемыми членами общества те, на кого давно махнули рукой даже органы правопорядка. А также то, что, по мнению знаменитого педагога, воспитатель всегда должен начинать процесс воспитания с себя самого.

И именно к себе предъявлять наиболее высокие требования.

Да, не все колонисты смогли победить себя и свернуть с «кривой дорожки». Но, согласитесь, даже несколько сотен, несколько десятков человек (или даже просто несколько человек), сумевших благодаря «системе «Макаренко» стать достойными людьми, – э то уже немало. А в реальности их отнюдь не несколько десятков, а намного, намного больше. А уж на скольких людей оказала положительное влияние «Педагогическая поэма», вряд ли вообще можно подсчитать.

И в наше неспокойное время с его смутными ориентирами изучение «Педагогической поэмы» Макаренко, возможно, станет для кого-то открытием.

Педагогическая поэма

С преданностью и любовью нашему шефу, другу и учителю Максиму Горькому

Часть первая

Разговор с завгубнаробразом

В сентябре 1920 года заведующий губнаробразом вызвал меня к себе и сказал: – Вот что, брат, я слышал, ты там ругаешься сильно… вот что твоей трудовой школе дали это самое… губсовнархоз…

– Да как же не ругаться? Тут не только заругаешься – взвоешь: какая там трудовая школа? Накурено, грязно! Разве это похоже на школу?

– Да… Для тебя бы это самое: построить новое здание, новые парты поставить, ты бы тогда занимался.

Не в зданиях, брат, дело, важно нового человека воспитать, а вы, педагоги, саботируете все: здание не такое, и столы не такие. Нету у вас этого самого вот… огня, знаешь, такого – революционного. Штаны у вас навыпуск!

– У меня как раз не навыпуск.

– Ну, у тебя не навыпуск… Интеллигенты паршивые!.. Вот ищу, ищу, тут такое дело большое: босяков этих самых развелось, мальчишек – по улице пройти нельзя, и по квартирам лазят. Мне говорят: это ваше дело, наробразовское… Ну?

– А что – «ну»?

– Да вот это самое: никто не хочет, кому ни говорю – руками и ногами, зарежут, говорят.