Ирисы Негева

Я смотрел на доктора и пытался понять, кому он это говорит? И зачем?

– Замершая беременность? Что это значит?

– Это значит, что плод прекратил свое развитие.

– Как это прекратил? Почему?

– Пока не известно. Может быть, какие-то генетические отклонения или инфекция. Много причин.

– Но ведь все будет нормально? Это ведь лечится?

– К сожалению, слишком поздно.

Врач говорил что-то еще, но я его не слышал.

Понял только, что это был мальчик. Наш с Полиной сын.

Возможно, он бы и впрямь стал неплохим музыкантом.

А может, и нет.

Вместо этого он решил вообще не появляться на свет. И никто из врачей так точно и не сказал почему.

* * *

Поток времени не всегда бывает однородным. Для меня это совершенно очевидно. Иногда он замирает, меняет направление и течет в обратную сторону.

В такие моменты события, слова, встречи – все, что когда-то происходило, обретает дополнительную значимость. Смысл, который раньше оставался скрыт.

Я вливаюсь в этот поток, и понимаю, что прошлое – это не хаотичный набор случайностей, а фрагменты полотна такого масштаба, что охватить его взглядом не получится, даже если потратишь на это всю жизнь.

* * *

Прошло около часа.

Пора возвращаться.

Я убрал за собой мусор, окинул стадион взглядом, и направился к выходу.

Теперь постараюсь бывать здесь почаще.

В глубине души я давно уже попрощался с этим местом. И ошибся. Возможно, все эти годы оно ждало меня.

Говорят, пребывание в одиночестве помогает очистить разум. В ежедневной гонке мы перестаем слышать самих себя.

Поэтому иногда каждому необходимо выключить весь тот шумовой фон, который сопровождает наши жизни. Об этом, кажется, говорил и тот мозгоправ с радио.

Интересно, что произойдет, если каждый сможет отключить этот шум, по собственному желанию? Люди наверняка сэкономят кучу денег, которые уходят на психотерапевтов.

Я подошел к лестнице. Спустился на один пролет вниз. И тут с моим подсознанием случилась странная штука. Что-то заставило меня остановиться.

По нейронам пробежал какой-то неявный импульс.

Я взялся за перила. Медленно осмотрелся по сторонам. На первый взгляд ничего особенного. Запах сырости. Под ногами крошка из битой плитки. В проеме окна – рогатая луна, россыпь равнодушных звезд. Их слабый свет льется на испещрённые надписями стены. Все те же граффити. Но толком рассмотреть их нельзя. Видны лишь отдельные части. Общие, крупные элементы рисунка.

Похоже, изображение какого-то человека.