Суровая Родина. Кемерово

А после, в 1939, её отправили в культурно-просветительское турне по странам Африки, чтобы наглядно продемонтрировать угнетенным народам чёрного континента, что значит революционная бдительность, –

темпераментный лектор даже взмок от влажности случайно поднятой темы. На рубашке в области подмышек у него проступили большие круги тёмного пота. – А вот и наш Пушкин, прошу вашего любезного внимания!

Перед Карлом Ивановичем предстал памятник поэту, который уже при первом взгляде заставил его усомниться в правильности поспешного отказа от грузинского предложения.

Пушкин стоял на пеньке в окружении зайцев, один из которых, видимо, самый наглый, сидел у него на плече. Другие же окружали основание плотной группой, напирали и лезли друг на друга, чтобы оказаться поближе к одетому в крестьянскую рубаху и широкие мешковатые штаны Александру Сергеевичу. В левой, чуть согнутой в локте руке поэт держал увесистую морковь. Карл Иванович насчитал девятнадцать косых, потом сбился и бросил эту затею.

Казалось, что зайцы внимательно слушают классика, который читает им что-то в этом духе:

Прощай, немытая морковь!

В последний раз передо мной

Ты предстаешь в красе угрюмой

И блещешь гордою главой.

Отныне будем мыть тебя,

Скоблить и чистить не щадя,

Чтоб яркостью твоей красы

Без страха полнить животы.

– А зайцы чьи? – грустно спросил он, понимая, что домой сегодня, скорее всего, не полетит.

– Некрасова. Памятник задуман для советской сельскохозяйственной выставки во Франции. Символизирует преемственность русской поэзии от Пушкина к Некрасову – связь времён, так сказать. Некрасов, как и всякий литературный новатор, был крепко связан с традициями своих великих предшественников, и больше всего – с наследием Пушкина. К сожалению, этой преемственной связи не замечали читатели-современники. Противопоставляли, в сущности, выдуманного, небывалого Пушкина выдуманному, небывалому Некрасову.

А ведь именно из произведений Некрасова крестьяне узнали, как им плохо живётся. А кто предтеча? Правильно – Пушкин! Он был чувствителен к ним во многих местах:

Зима!.. Крестьянин, торжествуя,

На дровнях обновляет путь;

Его лошадка, снег почуя,

Плетётся рысью как-нибудь.

Заметьте, не бежит и не скачет, а именно «плетётся», символизируя угнетённое положение крестьян и лошадей при царизме.