27 текстовых эскизов. Как из картин получаются истории

Внимательно выслушав меня, она с улыбкой в голосе сказала, что я её герой, она всегда верила и верит в меня. Выросшие в тот же момент крылья унесли меня к рабочему столу и я, попрощавшись с сестрой, продолжила работу.

Через несколько часов «мой» мир был готов. Парящий в воздухе огромный остров, покрытый зеленью и диковинными растениями, окружённый лазурной атмосферой. Древний город устремился в небо островерхими башнями и башенками, на шпилях которых развивались крепостные флаги. В небе пари?ли птицы, драконы и летательные аппараты, созданные лучшими магами королевства.

И было в этом мире так безмятежно…

Надеюсь, главным героям понравится. Я решила к ним «подлизаться»: дорисовала защитный купол – красивые цветы. Похулиганила, в общем.

Вот так неожиданно я открыла для себя новый способ создания миров. Ночью мне снился созданный мной мир, в котором не спеша обживались главные герои моей новой книги.

(Зарисовка с картины Василия Кандинского «Поперечная линия», 1923 г., масло, модернизм, абстрактное искусство).

Иллюстрация создана автором при помощи нейросети.

Глава 5. Вчера. Сегодня. Завтра

Был обычный день, ничто, как говорится, не предвещало. Я недавно закончила новую книгу и теперь отдыхала. Отдых у меня был странный: я решила навести порядок в своих книжных шкафах. Ну а что, смена вида деятельности тоже отдых. Так говорила моя мудрая бабушка.

А ещё моя бабушка говорила: «Когда разбираешь всякий хлам, главное – не начать его рассматривать».

Но кто же слушал умудрённую жизненным опытом и сотнями прочитанных книг женщину? Вернее, я слушала, но часто делала по-своему. Как и в этот раз.

Пока разбирала коробку с моими блокнотами и тетрадями, куда я записывала разные умные мысли лет с пятнадцати, позвонила сестра. С ней разговоров на пять минут у нас не получалось. Поэтому, прижав трубку к уху, я продолжила листать блокнот с надписью на обложке «17 лет» и какими-то нарисованными сердечками и розочками.

Как раз в тот год на меня нагрянула первая серьёзная любовь и я как-то сразу повзрослела, став не по годам мудрой и рассудительной.

Правда, сердечки и розочки говорили об обратном.

Мы дружно смеялись или бурно обсуждали некоторые записи, которые я периодически зачитывала Ирме. Пока не долистала до страницы, где моим крупным каллиграфическим почерком было написано: «Мы живём одновременно в трёх временны?х измерениях. В настоящем: это то, что мы переживаем здесь и сейчас.