Суровое испытание

– Но ведь… ведь ребенок погиб, а в школе слишком уж…

Он хотел сказать «тихо», но умолк на полуслове. Нет, «тихо» не подходит. Он призадумался, как же можно выразить это ощущение: чересчур спокойно? Умиротворенно? А может, жутковато?.. Да, правильно, здесь как-то жутковато. Он внезапно осознал, что именно это определение более всего подходит к интернату «Чаэ».

– Знаете, дети говорят странные вещи. Что погибший вчера ребенок, как бы это сказать… Что это не был несчастный случай, а…

– Вы, помнится, говорили, что это ваш первый опыт в подобном заведении? – прервал его учитель Пак.

Вопрос был задан вроде бы нейтральным тоном, однако во взгляде читалось неприкрытое презрение и одновременно жалость. Стоп, так не пойдет. Он приехал в Муджин только вчера и уж слишком болезненно все воспринимает. Нужно думать в позитивном ключе. «Сила позитива!» – мысленно произнес он любимую приговорку жены. И неожиданно для самого себя изобразил на лице самую что ни на есть дежурную, натянутую улыбку.

– Со временем, поработав здесь, вы поймете, что по сравнению с другими инвалидами у глухонемых крайне выражен синдром жертвы.

К тому же они ко всему относятся настороженно – доверяют только своим. Если считать народом тех, кто говорит на одном языке, то глухонемые – это народ, говорящий на языке жестов. Да, на лицо они не отличаются от нас, но это другой народ. Понимаете? Иная культура! С чуждым нам языком и отличными от наших нравами… Кстати, имейте в виду, что вранье – это их любимое занятие.

В голосе Пака чувствовалась ледяная враждебность, как если бы ты протянул руку для приветствия, а ее резко оттолкнули.

По спине пробежал холодок, как и вчера, когда он внезапно оказался в тоннеле со стенами из тумана. Лицо Пака заслонили черные как ночь глаза мальчишки, устремленные в самую душу. И снова на доли секунды в них вспыхнула отчаянная мольба.

– Я слышал, вы приехали из Сеула на должность временного преподавателя, а раз так, то отработайте положенный срок и возвращайтесь подобру-поздорову. Мне кажется, вы здесь не приживетесь.

Пак говорил это, уставившись в монитор компьютера, кликая мышкой и перескакивая в интернете с одной страницы на другую. На последних словах он окинул взглядом Кан Инхо, и в его глазах можно было прочитать, что он не шутит. Кан Инхо опешил и невнятно пробормотал:

– Ну не знаю, раз уж оказался здесь, то…

В глазах Пака отразилась жалость.

Зазвонил его телефон. Это была жена. Приложив трубку к уху, Кан Инхо вышел из учительской.