Цветы Зла (сборник)

Таясь среди песка, глядит на них сверчок,

И песня звонкая слышна им вдоль дорог;

Цибела ради них свои сгущает сени,

И в расцветающей пустыне бьет родник

Для этих странников, чей жгучий взор проник

В знакомую страну глухих грядущих теней.

Человек и море

Свободный человек, любить во все века

Ты будешь зеркало свое – родное море.

Ты душу узнаешь в его глухом просторе,

И бездна дум твоих не менее горька.

Ты погружаешься в свое изображенье,

И руки и глаза насытив, и твой дух,

Средь гула гроз своих, порою клонит слух,

Внимая бешеной, неукротимой пене.

Вы оба с ним равно угрюмы и темны;

Никто, о человек, твоей не мерил бездны,

О море, никому до дна ты не известно,

И не раскроете вы тайной глубины.

И все же, вот уж ряд веков неисчислимый,

Как вы сражаетесь, раскаянье забыв

И жалость, вняв резни и гибели призыв,

О братья и враги в борьбе непримиримой!

Дон Жуан в аду

Когда был Дон Жуан к глухим подземным водам

Отозван и свою Харону лепту дал,

Бродяга сумрачный, сверкая взором гордым,

Рукою мстительной и сильной весла взял.

С грудями вялыми, раскрывши одеянья,

Сбежались женщины к нему со всех сторон,

Подобно стаду жертв, ведомых на закланье,

И слышен был во тьме протяжный, горький стон.

Слуга его твердил со смехом господину

Про долг. Его отец нетвердою рукой

На сына дерзкого, презревшего седины,

Указывал теням, бродившим за рекой.

Дрожа под трауром, печальная Эльвира,

Простившая обман и слезы тайных мук,

Казалось, все ждала от прежнего кумира

Улыбки сладостной, как первой клятвы звук.

Застывши на корме, закованный весь в латы,

Муж каменный делил рулем угрюмый вал,

Но чуждый всем герой, на меч склонясь, куда-то

Глядел и никого кругом не узнавал.