На фиг нужен!

Ночью супругам приснились почти одинаковые сны. Сначала – Мише, отчего тот проснулся в холодном поту и схватился за Машу, как грешник за икону. Померещилось, что и у Эльзы, и у всех этих Бусинок, и Звездочек, и иже с ними Машенькино лицо с веселой родинкой над верхней губой. Но только Миша знает, что они – это не Маша, но отличить нет никакой возможности, только на ощупь. И вот он щупает, щупает, а руки проваливаются в пустоту, и летит он в какой-то глубокий колодец, и точно знает, что разобьется, но не разбивается, а просто становится маленьким, как Иркины пупсы с одутловатыми лицами цирковых лилипутов.

– Что ты, что ты… – успокаивает мужа Маша и следом проваливается в свой кошмар, где вместо их с Мишей дома одна большая холодная комната, вдоль стен – стеллажи. «Погреб, что ли?» – думает во сне Машенька, но скоро понимает – не погреб, морг, а на стеллажах – покойники. К какому ни подойдет – Феликс. «Хватит, остановись!» – приказывает себе Маша, а сама не слушается и переворачивает одного за другим, ищет, потому что знает: есть еще кто-то.

«Кто же?» – мучается Машенька и видит перед собой мертвых детей. «Не ходи!» – слышит она Мишин голос и не верит своим ушам: «Он-то здесь откуда?» «Отсю-у-у-уда…» – страшно воют в ответ младенцы, среди которых она замечает и маленькую Ируську… «И-и-ра!» – кричит Машенька во сне и просыпается в слезах в Мишиных объятиях.

– Что ты, что ты… – успокаивает ее муж и подтыкает одеяло, потому что та дрожит, словно от холода.

К утру вся хмарь развеивается, но почему-то и у Миши, и у Маши одновременно возникает предчувствие неотвратимо надвигающейся беды.

«Надо что-то делать», – решают про себя оба, но не делают ничего, потому что жаль расставаться с мечтой об иной жизни. И вроде бы знают: никогда она не наступит, так и проживут, притворяясь, всю жизнь бок о бок, а все равно что-то для себя оставить хочется, пусть и неисполнимое.

– Какой прекрасный брак! – по-прежнему восторгаются Рузовыми и друзья, и родственники, и коллеги, в глубине души непритворно недоумевая, неужели так бывает?! – Что, и не ссоритесь? – хочется им услышать, потому что чем-то нужно оправдать свою жизнь, полную конфликтов и внутрисемейных дрязг.

– Ссорятся они, – с неприкрытым удовольствием развеивает миф Ирина, в последнее время ставшая особо нетерпимой к родительским промахам.

– Точно?! – радуются все так, будто в глубине души были уверены, что не может быть у Рузовых все гладко, на то они и люди.