Это гиблое место

Считает, будто это делает ее исключением из правил. И ошибается.

И сейчас Тавия сделала то, что сделал бы любой, кто зарабатывает себе на жизнь ловкостью рук: попыталась оттолкнуть Карам в сторону и пройти к двери.

А Карам ответила тем, что сделал бы любой, кто зарабатывает себе на жизнь избиением людей: ударила Тавию в лицо.

От удара фокусницу развернуло. Она оперлась ладонями о стену, с трудом перевела дыхание и попыталась выпрямиться. Девушка стояла спиной к Карам, не давая той увидеть последствия удара.

Вероятно, у Тавии под глазом проявится фингал – в тон помаде, которую она достала из кармана.

Карам нахмурилась, когда Тавия щелкнула крышечкой тюбика и дрожащей рукой поднесла его к лицу. Потом чмокнула напомаженными губами. Звук получился неестественно громким.

– У меня нет на это времени, – сказала Тавия. – Ты пожалеешь о том, что попыталась остановить меня.

Хей реб, какой же смешной воякой она была: с раскладными ножичками в карманах, с разрезами под ногтями.

Уличная девчонка с брошкой на плече, готовая покорить мир.

Воительница попыталась сдержать гнев. Саксони будет вне себя, если Карам убьет ее лучшую подругу.

– Ты не можешь мне угрожать, – хмыкнула Карам. – Полагаю, я просто вышибла из тебя остатки мозгов.

На щеке Тавии уже наливался темным цветом синяк. Она сложила губы в безэмоциональную улыбку и произнесла:

– Когда я тебя уложу, это будет твой самый крепкий сон за многие годы. Может быть, ты даже скажешь мне «спасибо» за это.

Карам едва не засмеялась.

– А потом Уэсли убьет тебя, если я не убью тебя сама. Мы обе знаем: его душа черна настолько, что чернее и быть не может.

Тавия одним рывком преодолела разделявшее их расстояние.

– У Уэсли Торнтона Уолкотта нет души, – сказала она и поцеловала Карам.

Та отшвырнула ее и сплюнула, глядя, как Тавия ударяется о стены коридора.

«Свихнулась», – подумала Карам.

Тавия свихнулась. Карам намеревалась убить ее за это.

Сразу же после того, как вымоет губы и прополощет рот. Дважды.

Карам сделала шаг вперед, яростно утирая губы рукавом. И тут она споткнулась.

Ноги девушки внезапно задрожали и ослабели. И стали слишком тяжелыми, чтобы можно было оторвать их от земли.

– Постарайся не сопротивляться этому, – посоветовала Тавия. – Саксони убьет меня, если ты из-за этого покалечишься.

Похоже было, что Тавия хмурится. Однако Карам не могла разглядеть отчетливо.