Избранные сочинения. Великий Гэтсби. Ночь нежна. Загадочная история Бенджамина Баттона. С иллюстрациями

Раз в неделю я писал письма, заканчивая их словами: «С любовью, Ник», и все, о чем я мог думать при этом, было то, как на верхней губе этой девушки проступала полоска пота, похожая на тонкие усы, когда она играла в теннис. Тем не менее, в этих отношениях присутствовало какое-то неуловимое взаимопонимание, которое должно было быть тактично прекращено, прежде чем я буду свободен от них.

Каждый подозревает в себе присутствие по крайней мере одной из главных добродетелей, и у меня она следующая: я один из тех немногих честных людей, каких я когда-либо знал.

ГЛАВА 4

Утром в воскресенье, когда доносился звон церковных колоколов из прибрежных деревень, мир и его хозяйка вернулись в дом Гэтсби и весело поблескивали на его газоне.

– Он бутлеггер, – говорили молодые леди, сидя где-то между его коктейлями и его цветами. – Однажды он убил человека, который раскопал, что он племянник фон Гинденбурга и кузен самому дьяволу. – Подай мне вон ту розу, дорогая, и налей последнюю каплю вон в тот хрустальный бокал.

Когда-то я записывал на пустых строках расписания поездов имена тех, кто приходил в дом Гэтсби тем летом. Сейчас это расписание уже пожелтело, рвется на складках; вверху написано: «Расписание поездов на 5 июля 1922 г.», но я все еще могу прочесть на ней потускневшие имена; они дадут вам лучшее, чем мои общие описания, представление о тех, кто воспользовался гостеприимством Гэтсби и отдал ему утонченную дань незнания о нем ничего.

Итак, от Ист-Эгга приходили Честер Беккерс и семейство Лич, а также человек по фамилии Бунзен, которого я знаю еще с Йейля, а также доктор Вебстер Сивет, которого утопили прошлым летом в Мэне. А также семейство Хорнбим, Вилли Вольтэрс, а также целый клан по фамилии Блэкбак, члены которого всегда держались кучкой в углу и задирали свои носы, как козлы, на всех, кто приближался к ним. Также приходили семейства Измэй и Кристи (или же Хуберт Ауэрбах и жена мистера Кристи), Эдгар Бивер, волосы которого, как говорят, стали вдруг белыми, как снег, одним зимним вечером без какой-либо видимой причины.

Клэренс Эндайв был из Ист-Эгга, насколько я помню. Он появился всего один раз, в белых бриджах, и подрался в саду с одним приживальщиком по имени Этти. Из более дальних мест Лонг-Айленда приезжали супруги Чидл и О.Р.П. Шредеры, а также Стоунволл Джексон Абрамс из Джорджии и супруги Фишгард и Рипли Снелл.