Исповедь Призрака. Премия им. Ф. М. Достоевского. Игра в Иную Реальность

Ты будешь думать: за что? А я советую: для чего, с какой целью?

Книжка раскрылась на странице с рассказом «Незнакомка». Девушка, вышедшая замуж за иностранца, теряет его в аварии и остаётся в чужой стране совсем одна, без работы и денег. По иронии судьбы в неё влюбляется мужчина, который должен был погибнуть вместо её мужа, только… «Никогда никому не дари фиалок! Они, безусловно, прекрасны, но… Персефона собирала фиалки, когда Аид унёс её в Царство Мёртвых, а в Греции их клали в гроб безвременно ушедшим молодым девушкам…»

Корабль-Призрак

Москва

– Что ты чувствуешь сейчас, разглядывая их лица? – спросил Рэй, когда я сканировала очередной фотоальбом.

– Никого уже нет на Земле.

– А ты хотела бы их увидеть?

– Родителей – да, – я перешла к сканированию книжек в стеллаже, а Рэй с интересом наблюдал за мной. – Помню, эти книги: я распечатала рукопись на принтере и отдала в переплётную мастерскую, а потом рисовала картинки прямо на их обложках и маркером подписывала названия.

– Раритет!

– Брось, там – черновики. А эта полка – сборники Ларисы Кузьминской, нас познакомила крёстная, и Лариса первой признала мой талант. Посвящения Марине Цветаевой должны быть в музее Цветаевой, мы там выступали. А это мои стихи по темам: «Смерти нет», «Поэт», «В Этом Городе», «Девочка-Апрель»… Ужасно! Все эти сырые книги находятся в Российской Книжной Палате!

– Ты оставила прекрасную возможность для кладоискателей нырнуть в море версий твоих стихов. А ты успела всё запланированное отредактировать? Ты говорила, что на Том Свете будешь мучаться, если оставишь людям себя «в сыром виде».

Ну и…? Мучаешься?

– Нет.

– А почему? – не переставал мучить меня Рэй. – Ну смотри дальше.

– Проза про призраков – ранние рассказы, включая детские. Переиздания «Книги Тайных Знаний» из Игры в Иную Реальность, потом…

– Давай, мне уже очень интересно, что же там потом!

– «Ангел-Хранитель», роман, которого ты очень ждал. Обиделся, что в «Книге Знаний» я назвала тебя призраком.

Я обещала, что в «Хранителе» ты не будешь призраком. И ты приезжал, и мы на кухне вместе читали третью часть, когда ты привёл меня к себе на Арбат, в логово чёрного мага. Там был шахматный пол, вообще всё – чёрно-белое. Помнишь стих «Неподвластное магам»? Он тебе понравился, а это «Ностальгия по Атлантиде» – все стихи тебе.

– Спасибо, я оценил, хотя там не все стихи из посвящённых мне! Но вернёмся к прозе, где я – не призрак.