Исповедь Призрака. Премия им. Ф. М. Достоевского. Игра в Иную Реальность

– Подпиши Игумену Эвлогиосу, это глава Руссика. Через пару дней праздник Святого Пантелеимона, и мы передадим ему твой подарок!

– Недавно Отца Гавриила назначили Архимандритом Ватопеда, – улыбнулся Янис после возвращения в лавку. – Он молодой, но Бог его продвигает вверх, уже служил на Воздвижение с Патриархом Иерусалимским в Иерусалиме. В следующем году хочет взять меня с собой. Я пришлю видео их службы.

– Пока вас не было, ушла икона, на которой Христос держит в руке земной шарик, опоясанный зодиакальным Кругом, а на самом шарике изображены планеты, – сообщила нам Лия.

– И Сатурн с кольцами, и Луна, – я вспомнила ту икону.

– Верите, что планеты влияют на наши судьбы? – спросила Лия.

– Судьбы пишутся на Небесах, а волхвов привела к Христу звезда, – ответила я. – В аэропорту Салоники продавали дорогие рукописные иконы с изображением знаков Зодиака, а на сертификате с печатью было написано, что это копии фрагментов древней росписи стен Афонского монастыря.

Вы, случайно, не видели их, Янис?

– Нет, но вполне возможно. А Вы сегодня ездили к Горе? И какие Святыни привозили с Афона?

– Дары Волхвов…

***

Где-то в Тумане

«Лон-Дон, Лон-Дон…» – я очень устала. Здесь постоянно идёт дождь и стелется Туман, который поглощает всё и вся. И меня, он поглотит и меня тоже.

«Лон-Дон, Лон-Дон…» – колокольным звоном раздаётся во мне, а мы сидим на скамейке у Темзы с Серёжей Добронравовым и молчим.

Он такой же молчун, как и я. Кажется, он – писатель. Я очень устала и даже не помню, как мы здесь оказались. Сквозь голые ветки деревьев, похожие на решётку, ползут мрачные тучи.

«Лон-Дон, Лон-Дон…» – из Тумана появляется мужчина. Мне страшно с ним встречаться. Почему? И я проваливаюсь в Туман, где мы стоим с Серёжкой на нулевом меридиане в Гринвиче, и я говорю ему: «Всё изменится! Здесь жизнь начинается с нуля!», и мы поднимаемся в Башню Королевской Обсерватории, но из Тумана – проклятье! – вновь появляется тот мужчина.

«Лон-Дон, Лон-Дон…» – я не вижу его лица, но он смеётся, злорадно, едко, и мне снова страшно. Вывески, вывески, множество столов с книгами. Я хочу бежать отсюда – прочь, в Туман! Моё сознание начинает расщепляться на атомы.