Проверочное слово

ласкались в четыре руки

на два голоса голосили

мечтали о доме у реки

на руках друг друга носили

ценили нежную лень

планету как ложе делили

долго и счастливо и в один день

разлюбили друг друга и забыли

Я перезвоню

Стоят за меня горою

Серёжки, Володьки, Мишки —

лирические герои

моей телефонной книжки,

лирические героини —

Алёнки, Наташки, Светки…

Душа моя, позвони мне!

Полустёршиеся цифры

давно несуществующего

номера на бумаге ветхой.

Телефонная книжка – вымирающий вид.

Недолго тебе осталось, – торжествующе ухмыляется список контактов в смартфоне. У кого она есть, поднимите руки? В потёртой обложке из кожзаменителя, с пожелтевшей засаленной лесенкой алфавита?

У меня. Стивушкина. Моя куда-то затерялась (продолжай торжествовать, список контактов). С двуязычным алфавитом, в котором Щ сожительствует с игреком, Э с Зетом, а Ю и Я остаются без пары. Я подарила ему эту книжку пятнадцать лет назад. Она – история нашей жизни вместе. В ней – всё: совместно нажитые друзья, ненавистные нам обоим офисы, врачи, к которым мы ходили, держась за руки.

Открываю: неизвестный, неизвестная, смутно припоминаю, умер, лучший друг, твоя подруга, секретарша госдепа, умер, редакторша журнала, московские соседи, моя подруга, священник, аэрофлот. Буква А.

Сколько в этой книжке телефонов, которые я знаю наизусть? Которые повторяю, как молитву, когда не могу дозвониться? Не больше дюжины. По скольким номерам из этой дюжины уже некому позвонить?

С возрастом начинаешь бояться телефонных звонков.

Когда звонит смерть, у телефона меняется тембр звонка. Берешь трубку – и страшное известие обжигает ладонь. «Что вы говорите! Я ничего не понимаю!» – кричит мама и швыряет трубку в лицо невидимому врагу. Я тоже не сразу понимаю, что дедушка умер.

Я редко вижу во сне умерших. Чаще – слышу. Они мне звонят. Звонил Пригов, сказал: «Имаю рай» (так и сказал – имаю). Звонил Стив: «У нас тут отлично клюёт, сейчас с Матвеичем будем жарить карпов с белыми грибами».

Звонят на домашний. На мобильный – никогда. Не могут без проводов. Landline.

находим на время

теряем навсегда

и следом за всеми

уходим без следа

наследники чуда

туда где нет могил

мне папа оттуда

вчера во сне звонил

Звонили и не родившиеся. Точнее, звонила я – глубоко беременным подругам. Первый раз разговор был таким: «Это Боря?» (муж подруги). «Нет, это его сын». Нажимаю redial: «Наташка, у тебя будет мальчик». Так и вышло.