Евгений Онегин / Eugene Onegin

They didn’t excel neither by feeling,

Nor by poetic charming flame,

Neither by wittiness of brain,

Nor by the art of common living.

But conversations of their wives

Were even worse and much less wise.

XII

Vladimir being rich and handsome

Was cared as bridegroom candidate,

It is a countrymen’s convention:

Search for a daughter a good mate.

He just comes in and is attacked

By the suggestions hinted at

The boredom of unmarried life

And pleasantness of a nice wife.

They call him to a samovar,

Where Dunya pours a cup of tee,

They whisper: “Dunya, do you see!»

And after bring her a guitar:

And she begins to squeak (my God!)

Come to my chamber made of gold!

XIII

Но Ленский, не имев конечно

Охоты узы брака несть,

С Онегиным желал сердечно

Знакомство покороче свесть.

Они сошлись. Волна и камень,

Стихи и проза, лед и пламень

Не столь различны меж собой.

Сперва взаимной разнотой

Они друг другу были скучны;

Потом понравились; потом

Съезжались каждый день верхом,

Р? СЃРєРѕСЂРѕ стали неразлучны.

Так люди (первый каюсь я)

От делать нечего друзья.

XIV

Но дружбы нет и той меж нами.

Все предрассудки истребя,

Мы почитаем всех нулями,

А единицами – себя.

Мы все глядим в Наполеоны;

Двуногих тварей миллионы

Для нас орудие одно;

Нам чувство дико и смешно.

Сноснее многих был Евгений;

Хоть он людей конечно знал

Р? вообще РёС… презирал, –

Но (правил нет без исключений)

Р?ных РѕРЅ очень отличал

Р? вчуже чувство уважал.

XIII

But Lensky not at all desired

To bear the heavy wedlock chains,

And was sincerely inspired

With my Onegin to make friends.