Стокгольмский синдром

Он так явно хотел заставить ее просить продолжения, что это читалось у него в лице.

– Ну… Тогда придумай повод. Так, для куража, – это было дерзко, но он оценил. Его улыбка стала хищной.

– Можем выпить за наше близкое знакомство, Майя. Если тебе очень нужен повод. А потом – за еще более близкое. Хочешь – дернем на брудершафт, хотя это ни хуя не шампанское. Ты любишь шампанское?

– Иногда, – его глаза снова напоминали два влажных, сосредоточенных прицела, и видеть это было приятно.

Чувство сродни узнаванию рассыпалось по телу тысячей игристых пузырьков. – Но я от него становлюсь абсолютной дурой, Симме.

– Первый раз вижу девчонку, которая способна это признать. Хочешь?

– Шампанского?

Приложившись к бутылке, от отставил ее на стол, упираясь обеими руками в подлокотник дивана по обе стороны лица Майи. Его большие пальцы щекотно прошлись по ее вискам, превращая воображаемое шампанское внутри в искристое цунами.

Сбрендившие от переизбытка всего рецепторы реагировали даже на его выдох с четким запахом алкоголя.

– Меня.

– Эммм… Выпьем еще?

– Ну ты и сучка, королевна, – он сказал это почти нежно. Почти. Ровно настолько, чтобы она успела понять, что попала именно туда, куда целилась. Ей хотелось ответить что-то достаточно едкое, чтобы джинсы Саймона снова показались ему тесными, но она поперхнулась словами, когда его длинные пальцы юркнули за резинку ее штанов, нащупывая под ними зону повышенной влажности в качестве главного доказательства.

Склонившись еще ниже, Хеллстрем позволил Майе обнять его за шею, притягивая ближе.

– Самое время сказать это твое: «Симме», от которого мне хочется то ли въебать тебе, то ли вставить по самое не балуйся.

Она смотрела ему в глаза, не издавая ни звука и стараясь не думать о его пальцах, где не надо. В довершении этого акта неповиновения, она покачала головой отрицательно.

Концы его волос щекотали ей лицо, но она даже не улыбалась. Выдохнув, Саймон обвел кончиком языка мягкий контур ее губ.

– Не выебывайся, детка. Просто скажи. Иначе я сделаю тебе больно…

Но Майя всерьез опасалась, что не убери он руку, ей станет очень приятно уже совсем скоро.

– Чего ты больше хочешь? Заставить меня подчиняться или причинить мне боль?

– Это одно и то же. Выбери сама и не еби мне мозги.