Девушка, не любящая солнце

И, хотя она и помнила, что всё самое страшное зло дело рук человека, сейчас это не помогало. Было что-то гнетущее и горькое. Всю комнату заливала чёрная вязь, чёрная как липкая, берёзовая смола.

– Что т-тебе н-нужно?!

Тишина была полной, часы с кукушкой в коридоре тоже не били. Как будто время остановилось. Вероника сжалась, изо всех сил сжимая кулаки, до такой степени, что ногти стали впиваться в кожу. Хотя сказать того, что она никогда раньше не испытывала ничего подобного, было нельзя. Неожиданно для себя Ника подумала, что то, что сейчас она чувствует, всё же лучше, чем то, что чувствовала, когда была ребёнком, долгими ночами, кусая зубами подушку и задыхаясь от горячих слёз.

Страх не может быть таким удушливым.

Иногда он вынуждает собрать всю свою волю в кулак, чтобы действовать. Душевная боль, наоборот, парализует. Делает беспомощным.

– Что т-тебе нуж-жно? От-т м-мен-ня?!

Тишина была всё такой же полной, необъятной. Как когда-то её боль.

В этой тишине билось только её сердце.

Внезапно она увидела дымку, расползающуюся по комнате. Это было похоже на погружение в какую-то параллельную реальность, существующую рядом и отдельно от привычного мира. Тут уже её, беззащитную, пробил холодный пот, руки задрожали, а может быть, и вся она. «От-тп-п-ппусти м-меня… – сорвался у неё с губ еле слышный шёпот. – Отп-п-пусти…» Холод пробежал по спине. Люстра в форме закрытых бутонов начала мигать, то загораясь, то снова погружая во тьму, оставляя лишь светлый след, окружающий извивы стеклянных стеблей.

Расползание остановилось. Но ничего не перестало. Бледное пятно обретало форму и цвет, в конце концов, в темноте возникла насыщенно-белая полоса, что образовалась из облаков пара, и стала похожей на… чешую. Она просто смотрела на чудовище и больше ничего не могла сделать. Это нечто сжималось, становилось всё более длинным, и, наконец, стало извиваться, как волны, напоминая сначала узор причудливой готической ограды, а затем змею, сотканную из неясного света и множества колец густого белого дыма.

Люстра в форме закрывшихся стеклянных цветов погасла совсем, позволив темноте окутать предметы обстановки.

Но видение не исчезало. Чудовище, что парило в воздухе, не вполне было змеёй, за счёт странной формы многочисленных чешуек, – на его голове стали заметны малые чёрные точки, как будто провалившиеся глаза. Узкие, зловещие, как длинные туннели. Сама же голова его напоминала львиную.