Ангелок

Розовых очков Матвейчук не носил отродясь, и мнение о своём издании у него было не завышенное, а объективное. Он не утверждал, что никакая сила в мире не сумеет сломить гордый и непокорный дух их интернет-еженедельника. Однако еженедельник был зубастый и огрызаться умел, что прочувствовали на себе многие, кто пытался угрожать или иначе влиять на издание и его сотрудников.

– Чёрт с тобой, Комаров, поезжай.

***

Макс уже бывал здесь пару раз, но не подолгу – времени хватило лишь на то, чтобы понять, что вживую город гораздо симпатичнее, чем на картинках, которые первым делом выдаёт Интернет.

Тут жила бывшая однокурсница Макса, Оля, и не просто жила, а трудилась пресс-секретарём УМВД по городу. Повидаться с Олей он планировал, но сперва надо поглядеть на Владимира Воронова, чтоб получить изначальное – пусть пока поверхностное – представление о вероятном противнике

Как выглядит Владимир, Макс знал, – нашёл того в соцсетях ещё до отъезда из Питера. Светить документами, проходя через школьную охрану, не хотелось, пришлось жертвовать временем – околачиваться вокруг школы, выжидая, пока из неё выйдет нужный человек.

Когда нужный человек вышел, Макс нагнал его.

– Извините! Молодой человек!

Воронов впрямь и был молод, и выглядел молодо. Овальное лицо с чётко очерченными скулами, умеренно впалыми щеками, большими светло-карими глазами и по-детски полными губами. Он оказался высоким – примерно одного роста со 185-сантиметровым Максом. На дворе стояла середина мая, люди уже не носили сверхтёплую одежду, делающую любую фигуру если не бесформенной, то стёсанной; телосложение Воронова просматривалось хорошо – худощавый, но крепкий, подтянутый.

Впрочем, чужая крепость Максима не пугала, он сам был не из хилых.

– Да?

– Вы в этой школе работаете?

– Да. – Светло-карие глаза смотрели с открытым любопытством.

– И как она? Хорошая? У меня друзья в этот район города собираются переезжать, перебирают варианты, рассматривают все за и против.

Попросили меня узнать насчёт школы. А как я узнАю? У самого детей нет, знакомых, чьи дети сюда ходят, тоже нет. Вот, – Максим с притворным простодушием осклабился, – приходится к людям приставать. – И, укрепляя образ недалёкого, но доброго парня, добавил: – Извините.

– Ничего. – Воронов улыбнулся. – Школа у нас хорошая. Ну, не хуже многих. Конечно, сейчас во всех школах проблем хватает, в нашей тоже имеются, но хотя бы педагоги по всем предметам есть.