Не предать время своё

Если у тебя будет надежда, на мир будешь смотреть совсем по-другому. Радостно, с оптимизмом!

Договорились с Петровым завтра же пойти в клуб. Как хороший знакомый Филиппа Егоровича, председателя «Надежды», однокашник обещал записать меня по блату.

Очередина в клубе была, что называется, от порога.

Там были дряхлые старики, пышущие силой парни и накрашенные женщины. Одеты кто во что горазд: от телогреек до соболиных шуб. Расталкивая их, мы начали пробираться вперёд.

Толпа гневно забухтела:

– Бессовестные! Опять без очереди.

Нахалов не пускать!

Петров усердно работал локтями и восклицал:

– Мы к Филиппу Егоровичу!

Кое-как нам удалось добраться до двери.

Здесь оказалась ещё одна очередь. Как на избирательном участке, кругом были расставлены столы. Над каждым – табличка. Разновидностей надежды обнаружилось тьма. Люди хотели «иметь денежную работу», «родить ребёнка», «получить кредит», «выйти замуж». «Надежда выздороветь» имела множество секций по видам заболеваний.

За столами сидели операторы.

В основном это были нарядные красотки. Перед ними строем теснились нуждающиеся. У таблички «Надежда получить кредит» толкались напористые молодые бизнесмены. За мечтой выйти замуж, само собой, пришли старые девы до сорока лет.

Мы еле нашли свой отдел. Многозначительно сказав: «Мы от Филиппа Егоровича», – кореш отпихнул какую-то старушенцию и усадил меня на стул.

– Товарищ, уплатите сперва взнос. С вас пять тысяч, – металлическим голосом отчеканила очкастая дама.

Я молча отсчитал купюры.

Получив требуемое, дама достала бланк с печатью и записала мои анкетные данные. Мы приступили к делу.

– Сколько комнат должно быть в вашей квартире?

– Четыре.

– В деревянном или каменном варианте?

– В каменном доме улучшенной планировки, на третьем этаже.

– Где?

– На улице Короленко. Близко от работы и школы, где учатся мои дети.

– Хорошо, товарищ Черосов. Поздравляю. Через два месяца вы получите четырёхкомнатную квартиру в новостройке на улице Короленко.

Подпишите, вот постановление.

– Неужели правда?!

– Правда-правда, Черосов.

Я от радости даже подскочил. Потискал руки очкастой. Обернувшись, пожал руку другу.

Домой примчался как на крыльях и с порога обрушил на семью приятную новость. Началось общее ликование.

Вечером мы пригласили в гости близких родственников и обмыли это дело.

Через два месяца я пришёл в клуб «Надежда» и с удовольствием продлил веру в желаемое ещё на три месяца.