Выключить моё видео

Хорошо, Илья. Я поняла.

– Ничего вы не поняли.

– Я поняла. Ты хочешь конфликта, войны…

– Какой войны, с вами?

С блондинистой невысокой женщиной?

Смешно.

– Хочу, чтобы меня оставили в покое, – говорю я и отключаюсь. Хватит, наслушался. Надо выходить. Что она там сама с собой останется – грустить, читать, к следующему уроку готовиться – и думать не хочу; пускай остаётся.

Про маму не вспомнила или просто не знала. И была охота про ерунду болтать.

Переоделся – чёрные джинсы, серая футболка без принта, толстовка сверху.

Закатываю рукава – люблю, чтобы запястья были открыты, а пацаны аж до кончиков пальцев натягивают. Бред.

Беру из холодильника банку кваса и пью на ходу, стараясь аккуратно, а то на сером видны брызги.

Выхожу на улицу.

У подъезда сидят мелкие, наверное, двенадцатилетние, ржут, на меня оглядываются. Не припомню, чтобы в нашем подъезде кто-то из них жил, так что неясно, с какой стати ржут. Шугануть можно, но неохота связываться. Да и смелые, впятером сидят.

– Вас на балконе слышно, – всё равно говорю, – потише нельзя?

Мелкие потягиваются, переглядываются.

Наконец, самый длинный, долговязый, похожий на пятнадцатилетнего, сплёвывает в траву и поднимает блёкло-голубые глаза. Под глазами синяки.

– А чё тебе, бля, мешаем? – равнодушно говорит долговязый.

– Мешаете, – останавливаюсь. Вру: никто не мешал, я и не слышал с балкона. Но теперь и не уйдёшь.

– Ну так вали, – так же тихо говорит долговязый; дружки поддерживают, ржут. Какая-то девка в короткой кофте, открывающей живот, громко смеётся и опускает голову на плечо долговязого.

Эти старшие – есть ещё один полноватый, спокойный, остальные – совсем детишки. Но стою.

– А может, вам скорее свалить? Давайте, поднимайтесь все.

– Больше тебе ничего не надо?

– Ничего. Давай, бери свою девку и уматывай. Остальной детский сад пусть тоже валит.

Длинный отодвигает девку, поднимается. Сейчас уже видно, что он с меня ростом. Подходит близко, в полуметре останавливается.

– Дальше что?

– А ничего.

– А если мы? А?

Но не подходит, держится.

– Вас на меня не хватит.

– Ага, не хватит. А чего ты без маски – не боишься эту хрень подхватить?

– Нет.

– И мы не боимся. Мы специально вместе собираемся.

Всё ещё стоим друг напротив друга, но не так. Отчего-то внимательнее смотрю на них и понимаю – а я ведь пару лет назад так же стоял бы, разве что, может, не задирался, ушёл.

Но тут девчонка, поэтому длинный уйти не может.