Лопухи и лебеда

Мама купила новые занавески, и мы вешаем их всей квартирой. Сосед Миша вбивает костыль в стену, женщины подвязывают кольца, а я – на подхвате.

– Живей давай! – весело кричит Мишина жена Оксана. – Поглядеть охота.

Она в халате, разгоряченная, только после кормления, и ей не терпится участвовать. Витька дремлет у нее на руках.

Бабушка качает головой, ее мучают сомнения.

– Расцветка какая-то… слишком заграничная.

– Ой, мама, у тебя старорежимные представления!

– По двадцать восемь брали? – интересуется другая наша соседка, Соня, паспортистка из домоуправления.

Она озабоченно курит у дверей, отгоняя дым в коридор.

– По тридцать два, – сухо отвечает мама.

– Чего ты даешь? – говорит мне Миша. – Молоток давай.

Ошибаюсь я от усердия.

В дверь звонят, я бегу открывать.

– Жалко, не успели! – нервничает мама. – Только не говори ничего, пусть сам увидит…

Папа приходит усталый.

– Здорово, поросенок… – Он привычно шлепает меня по спине и идет на кухню.

Раздевшись до пояса, он долго умывается.

Я стою у двери с полотенцем и чистой рубахой в руках, сторожу, чтобы не зашли женщины.

– Я по четвертной контрольной пять с минусом получил.

– А почему с минусом?

– Помарок много.

Брызги летят по всей кухне, он фыркает и стонет, стирая с шеи полосы копоти, и с такой же яростью вытирается.

– У нас занавески новые, – не выдерживаю я. – Только это – секрет.

В комнате мы появляемся в самый ответственный момент – Миша закрепляет багет.

Отец здоровается, садится на свое место к столу.

– С обновкой, Константин Васильевич! – улыбается Оксана.

Миша спрыгивает на пол и задергивает обе половинки. Деревянные кольца сухо и тонко звенят. Все рассматривают покупку в торжественной тишине.

Мама старается выглядеть безразличной.

– Ну как тебе? – спрашивает она, не выдержав.

– Нормально.

Бабушка сдвигает мамину машинку и бумаги, ставит перед отцом сковородку с макаронами.

– Мне нравится, что рисунок скромный, – объявляет она.

– Хозяин доволен – с вас магарыч! – Миша оглушительно смеется.

– Ой, я вам так благодарна, честное слово! Мне прямо неудобно…

– Немыслимые все-таки деньги, – выходя, вздыхает Соня, и мама тускнеет.

– Да плюнь ты на эту воблу! – добродушно советует Оксана, пробуя Витькину пеленку. – Нам с Витькой нравится…

– Ради бога, тише! – пугается бабушка.

– Ее, что ли, деньги? Хоть приличная вещь в доме. А то все на эту чертову жратву.