Усатый-полосатый, бедный и богатый

– И зачем мне, – бегло взглянул на этикетку, – масло?

– Натирать их будешь, – Надя даже не разглядела иронии в моём вопросе.

– Натирать?!

– Ага. Директору важнее, чтобы они красивые были, чем здоровые.

– Ты же мне поможешь? – бросил я на Надежду взгляд полный той самой надежды.

– Неа, – довольная она замотала головой. – Не помогу. Но и одного не оставлю. – Я уж готов был обрадоваться, но Надя добавила: – По технике безопасности не положено.

Глава 5. Танкер, Катюша и Че Гевара

Дима

– Удачи в первый рабочий день! Повеселитесь! – Мария помахала рукой на прощанье и ушла восвояси.

А то самое шестое чувство подсказывало мне, что весело мне вряд ли будет.

– Ну и где они? Звери, – на всякий случай уточнил я и тут же призадумался, а черепахи звери или нет.

– Черепашки во внутренней клетке. Во многих вольерах есть дополнительные загоны для сна, а этот вольер для дневного времяпровождения и в основном для посетителей, – Надя терпеливо объясняла, при этом бросая на меня обеспокоенные взгляды.

Малышка, ну неужели ты думала, что я и впрямь вчера слушал лекции?

– Ты собираешься мне помогать или будешь пялиться на мой зад? – отчитал меня парковый гном.

Я бы с радостью выбрал второе, но стратегическое чутьё одержало верх.

– Да, конечно, прости, – помотал головой, опомнился, осознал, сунул банку в карман и начал изображать бурную деятельность.

А уж изображать было что. Надя развернула полноценную кампанию и принялась перетаскивать с места на место камни, кучи листьев, какие-то брёвна.

Любопытство терзало меня изнутри вопросом, на кой чёрт мы затеяли черепашью перестановку. Но я наступил ему на глотку и твердо решил помалкивать. Надо так надо.

– Здаров, труженики тыла, – знакомый голос раздался со стороны входа.

– Привет, Миш, – Надя выпрямилась и приветливо помахала рукой.

Я мельком взглянул на парня, пытаясь вспомнить, где и при каких обстоятельствах мы вчера встречались. Память молчала как партизан, а незнакомец тем временем вошёл.

– Михаил Синицын, зоотехник, – представился он, протягивая мне свою конечность.

– Дмитрий Журавлёв, стажёр, – мне ничего не оставалось, как пожать ему руку.

Синицын едва заметно сощурил глаза и усмехнулся и совершенно с другой мимикой обратился к мелкой:

– Надюша, тут рацион, – протянул ей какую-то бумажонку. – В журнал наблюдений сама запиши, пожалуйста. Там запарка с пингвинами.

– Хорошо, – кивнула гномка, продолжая беззаботно улыбаться.