Голос Незримого. Том 2

А она, личину сдвинув

С ослепительного лика,

Издала три долгих клика

Заунывней лебединов!

А потом, светла, как утро,

Другу счастье подарила,

Тайну сладкую открыла,

Целомудренно и мудро…

Возле бор седой и хмарный

В завитом качался хмеле,

Все деревья пламенели,

Тек смолистый сок янтарный.

Дальше – озеро Лейяла

Ковш вздымало бирюзовый,

Влагой полнило медовой, —

Их, сияя, поздравляло.

И сказал Медун счастливо:

«О, любимая! Взгляни-ка, —

Даль красна, как земляника.

Как сегодня всё красиво!»

И сказала та блаженно:

«О, любимый! Посмотри-ка, —

Высь синя, как голубика.

Всё сегодня несравненно!»

И в выси смеялась Плена,

Хохотал в дали Зорива,

Ибо знали, что красиво,

Что сегодня несравненно.

Глава VI

Кто считает, сколько бусин

В дорогой, дареной нитке?

Сколько капелек в напитке,

Если сладок он и вкусен?

Так они – Медун с Олоной

Дней счастливых не считали,

Но себя друг другу дали

И любили неуклонно.

Лишь одно она уж знала:

Это – друг ее последний.

Он: всей жизни долголетней

Для его любови мало!

Жили оба в отдаленье,

В упоенье и усладе,

Позабыв совсем о раде,

О войне и о правленье.

Жили вместе, как супруги,

Так прожить хотели веки…

Да сердились человеки,

Уж завидовали други.

Раз придумала царица

На повозке золоченой,

Хлыст подняв разгоряченный,

Вместе с милым прокатиться.

В путевой одежде белой

К запряженным коням вышла

И, сама поправив дышло,

Рядом с другом полетела.

Утром розовым, прохладным

Вился, длился путь приятный

То равниной необъятной,

То нагорьем неоглядным.

Иногда из чащ ковыльных

Вылетал к ним чибис тонкий

И ширял наперегонки,

И скрывался в тучах пыльных.

Наконец, устали кони, —

И они присели в неге

Под кленовые побеги

На пологом росном склоне.

Был то край уединенный,

Жили тут лишь трясогузки, —

И Медун уж пояс узкий

Снял, играючи, с Олоны.

И она улыбке ярой

Уж сдалась со мглой во взорах.

Но вблизи раздался шорох,

И явился рыжий Згара.

Нес корзину он с плодами,

Солнца больше и червленей,

И, подав ее Олоне,

Молвил робкими устами:

«Ты возьми мой дар плодовый —

Он работой тяжкой добыт,

Но умерь мой горький ропот,

Полюби меня ты снова!»

И ответила царица:

«Разве любишься за сласти?

Разве есть возврат для страсти?

Что прошло, не повторится!»

И уехала со смехом.