Тени исчезают в полдень.Том 2

– Та ты, Петруха, скажи – пусть хоть четвертак пришлет, бессовестная, – не отступал от Смирнова Антип.

– И зачем тебя мать только родила? – проговорил Захар Большаков, отрывая грустный взгляд от тощих коров, бродивших по пригону.

– Когда баба родит, она в потолок глядит, – быстро ответил Антип, – да и того не видит. Где уж тут рассмотреть, кто такой производится!

– Тьфу! – не выдержав, плюнул дед Анисим и быстро пошел прочь, глубоко вонзая в снег свой костыль. Обернулся и крикнул Смирнову: – Давай завтракать приходи.

У пригона показался Устин Морозов. Был он мрачнее обычного, мятый какой-то, опухший, словно с перепоя. Подойдя, молча сунул жесткую ладонь Большакову и Петру Ивановичу, спросил глухо:

– Что, еще пали?

– В эту ночь, как говорит твоя старуха, Бог миловал, – ответил председатель. – Ты чего такой? Не спал, что ли?

– Кто его знает, спал ли, нет ли, – вздохнул Устин. – Ночью дважды прибегал сюда. Беспокойство гложет – и все. Ну, пойду позавтракаю.

Не завтракал еще.

– Давай. И в контору потом.

Большаков и Смирнов тоже пошли от пригона, оставив Антипа в одиночестве.

По дороге Смирнов, потирая синие от мороза, впалые щеки, сказал:

– Ну и человек…

– Никулин-то? – переспросил Большаков.

– После встречи с ним действительно не отплюешься.

– Он пасечником одно время был у нас. Так мед на трудодни не брали. Приходилось на рынке продавать, – сказал председатель.

– Я вот все думаю – как вы живете с ним?

– Куда же денешься! – откликнулся Большаков.

Потом, чуть замедлив шаг, прибавил негромко: – Не в раю живем, Петр Иванович, на земле.

– Ведь космические корабли вокруг Земли летают. А тут – Антип…

– Да, интересно, если сравнить… – проговорил Захар задумчиво. И спросил: – Слушай, Петр Иванович, а что такое народный подвиг, как думаешь?

– Что, что? – удивленно воскликнул Смирнов. – О чем ты?

– Да так… в общем.

Они шли дальше. Навстречу им попадались люди, здоровались и спешили по своим делам.

Пробежала в телятник Иринка Шатрова. Озабоченно прошагал к мастерской Филимон Колесников. От гаража помахал рукой Сергеев и снова нагнулся над автомашиной с поднятым капотом, залез в мотор чуть не с ногами.

Из мощного радиодинамика, установленного на крыше клуба, лилась на всю деревню музыка, и диктор командовал: «Вздохнули, начали: р-раз, два-а…» – передавали утренний комплекс физзарядки.