Москаль

С разбегу вцепившись в угол хаты, москаль выглянул из-за него и увидел, что его избранница поднимается на низенькое крыльцо. Собрав все силы, он прошептал ей вслед, окутывая замедленное слово белым дыханием.

– Ле-е-эся!

Она замерла и повернулась, не ставя ведро на крыльцо. Дир Сергеевич принял это за согласие на разговор и, мучительно стараясь держаться вертикально, зашагал к ней. Пересек освещенное пятно земли усыпанной соломой, схватился за столб, подпирающий крылечный навес. Лица девушки он почти не видел.

Но ему это было и не обязательно, ему было важно, что его слушают. И он торопливо заговорил о том, что одинок, но в то же время богат, что, увидев ее, Лесю, он понял, что только одна она ему нужна и поэтому она должна поехать вместе с ним. Чем дальше он забирался в своих откровениях, тем несуразнее была его речь. Он говорил о том, что не молод, но, однако же, ведь и не стар и что если Леся согласится, то будет спать на золоте, а есть на чистом шелке, а уж черевичек у нее будет целый магазин. Да, тут восхитительные ночи, но он устроит ей ночи еще восхитительней, и пусть она не сомневается, что деньги у него есть.

Его речь была прервана лишь внезапным водопадом ледяной воды, хлынувшим из темноты. Его чуть было не сбило с ног, но устоял, и даже бодро фыркнул, освобождая переполненные ноздри. И не вскипел, как вроде должен был бы, а сказал укоризненно:

– Леся, не лейся!

– Я не Леся, а Наташа, – сказала девушка с пустым ведром. И это немного расстроило ухажера. Он уже начал привыкать к мысли, что его избранница немая, что могло бы быть большой изюминкой в хохлушке.

– Ты меня обманула, а я честный. Я звал тебя к себе, так вот визитка.

Дир Сергеевич не без труда извлек из нагрудного кармана пиджака свою карточку, повертел ею в воздухе, и поскольку ее не спешили принять, сунул ее в пустое ведро. Потом сказал:

– Все, я баиньки.

И куда-то пошел в поисках то ли ночлега, то ли каких-то новых впечатлений.

Господа москвичи потеряли своего шефа. Громко недоумевали, куда он мог пропасть тут между тремя хатами.

Им было неизвестно, что сильным душевным порывом его вынесло с территории экзотического хутора в голую степь, где он петляет в сырой темноте, обуреваемый алкогольными образами.

Потерять еще и второго правительствующего брата, это было бы слишком для «Стройинжиниринга», поэтому господа ответственные работники нервно забегали, вытряхивая из голов горилочные пары. Оба шофера к ним подключились. Суетилась и обслуга.