Москаль

Главное было удержаться, не посмотреть в сторону Светы торжествующим, самодовольным взглядом. Митя сконцентрировался на белке. Она приближалась, приближалась, дергая черной кнопкой носа. Сократив расстояние до полуметра, вытянувшись вниз, вдруг капризно развернулась и унеслась наверх.

– Все правильно, – вздохнул притворно Митя, – этот мальчик далеко не святой.

– Одна неточность, – сказала Света (высшее достижение – она сама со мной заговорила!), – в оригинале не «двоих», а «троих». Мать, отец и глазастый мальчиш.

Митю зверски подмывало брякнуть, что третий может появиться очень скоро, если на то будет воля «двоих». Мол, выходите за меня, мадмуазель! Удержался и пошел более длинным путем.

– Вам что, нравятся стихи Н.? – Ну и так далее.

Позднее, когда брак разродился замечательным мальчишкой, названным предельно неоригинально – Коля, Светлана, призналась мужу, что у него не было никаких шансов добиться ее – худой, как манекен, сумасшедший взгляд, гнусавый голосок – когда бы не стихи про «Кормление белок».

Митя тогда порадовался, что так и не открыл жене своей криминальной тайны, хотя несколько раз, в минуты особой душевной близости, порывался. Очень подмывало иной раз. Казалось, что в момент, скажем, особых эротических радостей его из благодарности простят. И тогда столь драгоценный для него союз избавится от досадного оттенка условности. Нет, приходилось и дальше жить с этой моральной занозой. Не то чтобы она досаждала постоянно, нет, ему удавалось на годы о ней забывать, но все же не полностью и не навсегда.

4

Когда Дир Сергеевич позвонил в дверь своей квартиры, она отворилась сразу. Обычно Светлана Владимировна почему-то никогда не была готова к встрече мужа. То она в ванной, то в домашнем солярии, то ей надо было закончить мысль, и она не могла мгновенно оторваться от компьютера. А тут, смотри-ка. И сразу вопрос:

– Ну что? Почему ты выключил телефон? Я тут чего только не передумала!

Сказать ей правду, что почти все время был беспробудно пьян и бегал за хохляцкими официантками со сменными именами, не поверит.

Слишком свежо и начищенно он выглядел. Ему не только промыли кровь, но и погладили брюки. Брякнул что-то услышанное краем уха из Елагинских переговоров с подчиненными.

– Вражеская территория. Прослушка. Шпионские страсти.

Чем баснословнее ложь, тем лучше.

– Ладно, ладно, что там все-таки?

– Дай войти.

Сел на кухне за огромный круглый стол, под низко нависшим широченным соломенным абажуром.