Ночь, придуманная кем-то

А в чем дело?

– Да так… Извините за беспокойство.

– Что-нибудь случилось? Хочешь, я его братишку позову. Мальчик, по-моему, еще не спит.

– Извините, – заученно повторил спортсмен и начал медленно спускаться вниз. Дядя Павел не сразу хлопнул дверью, наверное смотрел ему вслед. Когда дверь все-таки закрылась, парень неожиданно гулко сказал, уже не скрываясь:

– Козел ты вонючий! Передай этому стукачу…

– Тихо, дурак! – прошипел второй, вылезая из-за лифта.

– … если поймаем, то фотоаппарат сначала ему в зад сунем, и только потом в глотку, – закончил первый.

Александр осел на ступеньку, беспомощно вслушиваясь в стихающие шаги. «Он же ни при чем, – агонизирующая мысль в последний раз шевельнулась. – Он же слабак…» Шевельнулась и умерла. Больше мыслей не было – бесконечно долго. Затем в голову ворвалась сумасшедшая радость, простая и конкретная, как наступающая Пасха: «Если ищут здесь, значит на даче его не нашли! Значит жив! Жив!»

И вдруг выяснилось, что это было единственно важным, о чем Александр думал – непрерывно, ежесекундно, – с того мгновения, как поговорил по телефону со сторожем садоводческого магазина.

Вдруг выяснилось, что именно этот тоскливый иррациональный страх погнал его на лестницу, не давал покоя ни ногам, ни центральной нервной системе. Выяснилось также, что каменная ступенька щедро отдает веками копившийся холод… Ждать, пока сквозь хлипкую ткань штанов вползет простуда, уже не было причины, и Александр вскочил.

Действие №2: Кабинет проректора

Итак, действие переместилось.

Но герой – прежний. Молодой специалист, усердно прикидывающийся инженером. Никому не известный писатель, тоскливо ждущий публикаций и славы. Начинающий мужчина, обладающий собственной женщиной. Мнительный, ранимый, комплексующий. Мечты с одной стороны, страхи с другой – между двумя полюсами он и живет, и мечется, и сгорает. Но это, к счастью, внутри, снаружи он благополучный интеллектуал с претензией на независимость, знающий правильные термины, прочитавший полторы правильные книги.

Идеалист по мировоззрению – как принято у культурных людей. Хотя, это тоже всего-навсего снаружи. Внутри он невежественен и суеверен: вместо того, чтобы любить Его, опасается Его, точнее, опасается Чего-то Такого, с чем лучше не ссориться. Типичный интеллигент, родившийся в стране всеобщего идеализма. Герой.

Его вытошнило прямо на кафельный пол. Организм в муках отдал съеденный ужин – бывший торт с бывшим чаем.